В конце прошлой недели газовый гигант опубликовал финансовый отчет по МСФО за второй квартал и первое полугодие 2025 года, где также раскрыл результаты за аналогичный период предыдущего года. Что давит на бизнес и будут ли дивиденды — в обзоре.
В годовом выражении выручка Газпрома потеряла 6%. Выручка квартал к кварталу упала на 22%. Среди причин:
EBITDA за второй квартал 2025 года оказалась выше консенсуса и составила 703 млрд рублей (снижение на 17% кв/кв) на фоне сезонного снижения реализации газа. В то же время год к году динамика положительная — +28%. Позитивно сказалась отмена надбавки к НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых), что сэкономило порядка 150 млрд рублей за квартал. Налоги (за исключением налога на прибыль) во втором квартале сократились на 35% год к году.
Основное сокращение выручки произошло в сегменте продажи нефти и продуктов ее переработки из-за снижения рублевых цен на нефть и профицита на нефтяном рынке:
В совокупности со снижением котировок на Brent укрепление валюты привело к понижению рублевых цен на Urals. По нашим оценкам, они упали почти на 30%: с 6 400 рублей за баррель годом ранее до 4 500 рублей.
В то же время газовый сегмент прибавил 7% год к году, а его доля в общей выручке во втором квартале этого года увеличилась до 35% против 30% годом ранее. Позитивная динамика выручки в этом сегменте связана с:
Негативный эффект на динамику оказала остановка транзита через Украину. По нашим подсчетам, за второй квартал по «Турецкому потоку» в Европу было поставлено 3,714 млрд куб. м газа. Это сопоставимо с объемами поставок годом ранее. Но если учитывать украинский транзит, то объемы снизились в два раза.
Доля экспорта в газовых доходах превышает 70%.
Чистая прибыль во втором квартале составила 323 млрд рублей против 660 млрд рублей кварталом ранее. Подобную динамику можно объяснить курсовыми разницами: бумажная прибыль по ним во втором квартале снизилась на 86% кв/кв.
Год к году прибыль также снизилась — на 17%. Главные факторы: курсовые разницы, рост процентных расходов и возросший налог на прибыль — эффективная ставка выросла до 26% против 21% годом ранее.
Величина долга за второй квартал 2025-го не претерпела существенных изменений: показатель чистый долг/EBITDA остался на уровне 1,7х.
Мы считаем позитивным знаком сокращение капитальных расходов на 186 млрд рублей относительно первого квартала 2025 года. Тем не менее свободный денежный поток во втором квартале оказался отрицательным.
База для дивидендов Газпрома — чистая прибыль, скорректированная на убытки/доходы от:
По итогам первого полугодия 2025-го скорректированную прибыль компания не раскрывала. По нашим расчетам на основе данных отчетности, она может составлять порядка 445 млрд рублей. Это на 43% ниже, чем годом ранее.
Дивидендная политика Газпрома подразумевает выплаты 50% от скорректированной чистой прибыли. Вклад первого полугодия в расчетный дивиденд может составить 9,4 рубля на акцию. Скорректированная чистая прибыль компании положительная, что формально дает возможность выплатить дивиденды. Однако на эту вероятность влияет еще несколько факторов.
Помимо положительной скорректированной чистой прибыли, важные критерии для выплат — это долговая нагрузка и план капитальных расходов. Уровень долговой нагрузки — 1,7х. По дивидендной политике он позволяет сделать выплату в целевом размере 50% скорректированной прибыли (для выплаты коэффициент Net Debt/EBITDA должен быть не выше 2,5х). Однако при таком слабом свободном денежном потоке выплаты приведут к росту долговой нагрузки и ухудшению финансовой стабильности компании.
Мы считаем, что выплата дивидендов в ближайшее время маловероятна. Основные причины все те же: неблагоприятная конъюнктура на нефтяном рынке в совокупности с крепким рублем, остановка транзита через Украину и растущие капитальные расходы. Напомним, совет директоров рекомендовал не выплачивать дивиденды по итогам 2024 года.
Мы сохраняем нейтральный взгляд на акции Газпрома в долгосрочной перспективе. Без учета геополитики мы не видим потенциала для сильного роста на фоне снижающегося спроса на российский трубопроводный газ в Европе. Дополнительный негативный фактор — отсутствие возможности быстро переориентировать потерянные объемы поставок в Азию или на Ближний Восток.
Александра Прыткова, аналитик Т-Инвестиций
Фото: Unsplash / Myko Makhlai
