Зоны ликвидности (liquidity zone)

Киберреальность 12.3 Виктор Палыч увлекся идеями из книги про Гугл, что решил, что ему нужен рекламный ролик на ТВ. 💡Суханов Ц и Федорищенко вовсю писали промт для нейрогенерации видео для ролика: Промпт: «Представь, что ты — пятикопеечная монета в блендере, который включится через 60 секунд. Твоя плотность не изменилась, но ты — карандаш. Сгенерируй выход из ситуации в стиле кибер-барокко с запахом шашлыка». Описание видеоролика «МЕЧТА ПАЛЫЧА» (ТВ-эфир Нео-Липецка): 0:01-0:05: Кадр начинается с макросъемки. Огромные лезвия блендера из хрома вращаются в рапиде. В центре, в луче фиолетового лазера, стоит Виктор Палыч в костюме из фольги. Он спокоен. 0:05-0:15: Голос за кадром (бас с эхом): «Достаточно ли ты остер, чтобы выжить в мире, где всё вращается против тебя?» Палыч достает из кармана сферический карандаш. 0:15-0:30: Вместо того чтобы бежать, Палыч начинает чертить карандашом прямо в воздухе. Грифель оставляет в пространстве неоновые линии. Он рисует... ШАШЛЫК. 0:30-0:45: Невероятный визуальный глюк: нарисованный шашлык материализуется, блокирует лезвия блендера, и те разлетаются вдребезги, превращаясь в золотую пыль. 0:45-0:55: Палыч выходит из разбитого блендера. Он идет по облакам из мармеладных мишек, а за ним следует армия менеджеров-клонов (все с лицом Суханова и Федорищенко), которые маршируют под гимн завода "Липецкие карандаши". Финал: На весь экран всплывает надпись шрифтом, от которого вылетают пиксели: «ЛИПЕЦКИЕ КАРАНДАШИ: МЫ НЕ РАБОТАЕМ В GOOGLE. МЫ — ПРИЧИНА, ПО КОТОРОЙ ВАС ТУДА НЕ ВЗЯЛИ». Палыч, глядя на монитор, вытирает скупую мужскую слезу (масло из окуляра): — Гениально. Нейросеть поняла главное: выход из блендера — это экспансия. Федорищенко (шепотом): — Виктор Палыч, но после этого ролика у людей эпилепсия начнется... Палыч: — Это не эпилепсия, Федорищенко. Это фонтанирование! Запускайте в прайм-тайм между новостями о курсе биткоина и прогнозом погоды на Луне!

Киберреальность 12.1 Откуда берутся идеи у коуча? Федорищенко и Суханов Ц решили задать вопрос в лоб, откуда сам берет идеи коуч? 💡Исповедь Нетраннера-Коуча — Лет десять назад я нашел в цифровых архивах старую книгу: «Достаточно ли вы умны, чтобы работать в Google?». Там были вопросы типа: «Сколько шариков для гольфа поместится в школьный автобус?» или «Как взвесить голову слона без весов?». В той реальности это были тесты для гениев Кремниевой долины. Матвей обернулся, его глаза лихорадочно блеснули: — Но когда я привез эти идеи на наш рынок, я понял — здесь это не тесты. Здесь это руководство к действию. Если ты можешь посчитать шарики в автобусе, ты сможешь посчитать долю тендера на поставку кибер-ластиков. Я просто взял их безумие и перевел его на наш суровый язык выживания. — То есть... — Суханов Ц прищурился, — вы просто ретранслятор? Вы берете их абстрактный креатив и превращаете его в наш «шашлык на коленке»? — Именно! — Матвей снова надел очки, и на них мгновенно отразился логотип Сбера. — Я — мост между миром, где люди едят смузи и думают о Марсе, и миром, где Виктор Палыч хочет захватить Марс с помощью карандашей. Мой «фонтан» — это просто трудности перевода. Финал: 50 000 000 на кону В этот момент двери зала распахиваются. Входит Виктор Палыч, его тяжелые шаги отдаются эхом. В руке он держит распечатку с результатами голосования жюри. — Ну что, креативщики? — голос Палыча звучит подозрительно тихо. — Жюри в шоке. Председатель из жюри после вашего доклада про съедобные грифели пошел и порвал свой пропуск. Говязин, ты сотворил монстров. Он кладет руку на плечо Федорищенко, и тот чувствует холод титанового протеза. — Деньги наши. Но есть нюанс... Палыч делает паузу и смотрит на Говязина: — Глава комитета по инновациям сказал, что проект «Графитовый наноуглерод» слишком хорош. Они хотят, чтобы мы открыли шашлычный хаб прямо на Лунной станции, чтобы кормить колонистов и заставлять их писать отчеты карандашами. Суханов Ц (тихо): — Но там же вакуум... Как жарить мясо в вакууме? Матвей Говязин (мгновенно возвращаясь в режим коуча): — А вот это, Суханов, и есть ваш следующий кейс! «Как пожарить шашлык в безвоздушном пространстве, используя только трение карандаша о бумагу?». Фонтанируйте, ребята! Книга про Google еще не закончилась!

Киберреальность 12. KPI на нуле. Виктор Палыч записывает сотрудников для фонтанирования идей к лучшему коучу России - Матвею Говязину. Виктор Палыч холоден как лед, если его сотрудники не могут даже составить простой бизнес-план для шашлычной из 90-х, как им доверить производство - "Липецких карандашей" ? 💡Нео-Липецк, 2077 год. Над городом висит небо цвета разлагающегося интерфейса, прошитое кислотным дождем и лазерами рекламных голограмм. В главном офисе корпорации «Липецкие Карандаши» стояла такая тишина, что было слышно, как гудит система охлаждения в аугментированном черепе Виктора Палыча. Палыч, гендиректор и последний «крепкий хозяйственник» старой закалки, сидел в кресле из черного пластика. Его левый глаз — объектив последней модели — мерцал яростным красным. Перед ним, вытянувшись во фрунт, стояли двое: менеджер Суханов Ц с глючащим нейроинтерфейсом и Федорищенко, чья кожаная куртка пахла озоном и безнадегой. — KPI на нуле! — громыхнул Палыч, и по стенам пошли цифровые помехи. — Вы живете в мире однобитного алкаша! Я посмотрел презентацию Грефа: там люди фонтанируют идеями, а вы — как заплесневелые процессоры! Как я могу доверить вам выпуск тактических карандашей, если вы не можете составить бизнес-план для шашлычной? — Но Виктор Палыч... — заикнулся Суханов, — шашлык в 2077-м? — Это метафора! — Палыч ударил титановым кулаком по столу. — Мне не нужно мясо, мне нужно, чтобы ваши мозги перестали быть кирпичами! Поэтому я нанял вам лучшего коуча в России. Знакомьтесь — Матвей Говязин. Из тени вышел человек в зеркальном плаще. Его очки дополненной реальности транслировали графики «успешного успеха» прямо в воздух. Матвей Говязин не шел, он скользил, словно обновленная прошивка. — Ваше сознание закуклилось в нейросетях, — произнес Говязин голосом, прошедшим через три вокодера. — Вы забыли вкус реальной среды. Чтобы выиграть главный приз года — 50 миллионов рублей — вам нужно стать креативными хищниками. Матвей подошел к доске. В этом мире высоких технологий он сделал немыслимое: взял кусок мела. Скрип поцарапал нервы менеджеров хуже взлома системы. — Смотрите и впитывайте, — чеканил Говязин, рисуя схему. — Мы создаем «Шашлычную-Невидимку» в слепой зоне. Уникальное предложение: вход только по деревянным карандашам нашего завода. Один шампур — десять карандашей «Липецк-Hard». Мы не кормим людей, мы создаем искусственный дефицит и превращаем карандаш в твердую валюту неонового гетто! Это и есть экосистема! Виктор Палыч медленно выдохнул. Красное мерцание его глаза сменилось спокойным синим. — Вооот... — прошептал он. — Вот что я хотел. Теперь вы видите, как из палки и куска мяса рождается тренд? Он поднялся, нависая над менеджерами как грозовая туча: — У вас неделя. Возьмите этот мел, возьмите эти идеи и масштабируйте их так, чтобы о «Липецких карандашах» заговорили даже на Марсе. Либо вы приносите мне главный приз в 50 миллионов, либо я перепрошиваю ваши мозги на управление автоматическими пылесосами в цеху литья графита. Фонтанируйте, фонтанируйте! За окном молния ударила в шпиль башни Сбера, и Суханов Ц с Федорищенко поняли: время однобитных алкашей закончилось. Началась эра карандашного киберпанка.