**🔋 Литий в России: где искать биржевую экспозицию** Литий интересен не только как сырьё для электромобилей. Он нужен для литий-ионных аккумуляторов, систем накопления энергии, промышленной электроники, электротранспорта и беспилотников. Для России тема дополнительно важна из-за ограниченного доступа к зарубежным поставкам и необходимости выстраивать собственную цепочку: от геологоразведки и добычи до переработки, производства батарей и конечного спроса. Именно поэтому литий постепенно становится стратегическим ресурсом. Но это не история на короткий срок: большинство российских проектов пока находятся на стадии разведки, пилотных испытаний, отработки технологий или формирования бизнес-модели. Чистого и ликвидного литиевого актива на Мосбирже почти нет. Поэтому смотреть приходится на публичные компании, через которые можно получить прямую или косвенную экспозицию к этой теме. GMKN / Норникель — наиболее прямой биржевой вариант. Через 50% в совместном предприятии с «Росатомом» — «Полярный литий» — компания развивает Колмозерское месторождение в Мурманской области. По данным «Норникеля», в нём сосредоточено 24,2% балансовых запасов лития России. GAZP / Газпром — история вокруг извлечения лития из промышленных вод. Компания планирует с 2029 года получать соединения лития и других компонентов из промышленных вод Ковыктинского газоконденсатного месторождения. SIBN / Газпром нефть — ранняя технологическая опциональность. Компания и «Красцветмет» договорились развивать проекты по извлечению лития, брома, стронция, ванадия и галлия из гидроминерального сырья. Пока это разработка технологий и бизнес-модели, а не действующее литиевое производство. ROSN / Роснефть — один из наиболее конкретных результатов среди нефтяников. В 2024 году компания сообщила об опытно-промышленных испытаниях технологии получения карбоната лития из гидроминерального сырья Юрубчено-Тохомского и Куюмбинского месторождений. На мобильной установке получено более 300 кг карбоната лития. TATN / Татнефть — более ранняя научно-технологическая идея. Компания развивает технологии подготовки воды и извлечения ценных компонентов из попутно добываемых пластовых вод. Литий пока не раскрыт как отдельный производственный бизнес. SNGS / Сургутнефтегаз — дальняя опциональность. В 2024 году компания подала заявку на регистрацию технологии извлечения лития из подтоварных вод при добыче углеводородов в Восточной Сибири. Это ещё не патент и не промышленный проект, но направление присутствует. Отдельно можно держать в поле зрения KMAZ / КАМАЗ, но это уже не ставка на добычу лития. Компания участвует в развитии электротранспорта и локального производства тяговых батарей вместе с «Росатомом». Это наиболее косвенная идея в списке, завязанная на конечный спрос на аккумуляторы. Мой главный вывод: наиболее прямой биржевой прокси на российский литий — $GMKN. Остальные компании — не «литиевые акции», а крупные бизнесы с дополнительной технологической опциональностью.

**Нефть уходит под землю: таймырский прецедент ROSN и мировые аналоги** Когда нефть нельзя оперативно вывезти, для добывающей компании важнее не цена барреля, а возможность не останавливать скважины. Именно поэтому подземные хранилища давно стали частью нефтяной инфраструктуры в США, Норвегии, Сингапуре и Южной Корее. Самый масштабный пример, стратегический резерв США: около 60 соляных каверн в Техасе и Луизиане с проектной ёмкостью 714 млн баррелей. Это именно государственный резерв, а не актив публичной нефтяной компании. Каверны создают в соляных пластах, а нефть при необходимости вытесняют наверх водой. У коммерческого бизнеса есть другие модели. В Норвегии терминал Mongstad компании Equinor располагает подземными кавернами на 9,44 млн баррелей. Через этот узел проходит значительная часть экспортных потоков компании с норвежского шельфа. В Сингапуре государственная JTC построила Jurong Rock Caverns: пять подземных камер на глубине около 150 метров, до 1,47 млн м³ жидких углеводородов, включая нефть и конденсат. За счёт этого удалось освободить порядка 60 га дефицитной земли на поверхности под нефтехимию. **Что происходит в России** На Таймыре в рамках проекта «Восток Ойл» ROSN / Роснефть построила первое в России подземное нефтехранилище. В мае 2025 года объект был заявлен как готовый к опытной эксплуатации, а в сентябре сообщалось о начале его работы. Это важная деталь: речь пока не о национальном стратегическом резерве по модели США. Таймырское хранилище создавалось как операционный буфер для «Восток Ойла», чтобы временно накапливать нефть при ограничениях арктической логистики и не останавливать добычу на месторождениях. Публично не раскрыты ни ёмкость объекта, ни точная конструкция подземных выработок. **Почему это важно для ROSN ** Для «Роснефти» это не отдельный драйвер прибыли, который можно прямо переложить в прогноз EBITDA. Но это важный инфраструктурный элемент масштабного арктического проекта: «Восток Ойл» ориентирован на экспорт через Северный морской путь, развитие трубопровода и терминала «Бухта Север». Операционное хранилище уменьшает зависимость добычи от погодных и транспортных окон. **Главный вывод:** Россия впервые получила работающий прецедент подземного хранения нефти. Пока он решает локальную задачу «Восток Ойла», но при дальнейшем развитии Арктики, рисках для экспортной инфраструктуры и возможных ограничениях добычи такая схема может стать более распространённой. #нефть #Роснефть #Арктика #инфраструктура #энергетика

**Подземные НПЗ в России: защитит ли нефтепереработку «город под горой»?** Часть 2. TATN / TATNP Татнефть ТАНЕКО является современным комплексом глубокой переработки. Компания может быть интересна как потенциальная площадка для пилотных решений в части резервирования и защиты инфраструктуры, хотя публично объявленных планов такого рода нет. SNGS / SNGSP Сургутнефтегаз Интересен через Киришский НПЗ и общую финансовую устойчивость компании. При необходимости финансировать защитные программы её баланс потенциально даёт больше запаса прочности, чем у части конкурентов. TRNFP Транснефть-п Самый понятный публичный прокси на тему защищённой нефтяной инфраструктуры: резервирование перекачки, хранилища, нефтепродуктопроводы и альтернативная логистика. **Вывод** Подземные города нефтепереработки звучат как архитектура будущей войны, но для экономики России куда важнее не строить заводы в скалах, а сделать существующую нефтяную инфраструктуру более распределённой, резервированной и живучей. Для инвестора это история не про немедленный рост прибыли, а про долгосрочное снижение стратегического риска. Реальный бенефициар такого тренда — не компания, которая первой «спрячется под землю», а та, которая сможет сохранить переработку, поставки топлива и денежный поток в условиях новых угроз.