Оптимизация портфеля Mind Invest: фокус на технологии и ресурсы

Шторм в Норникеле: Идеальный «медвежий» штиль или время собирать камни? Концентрация негатива достигла пика: сразу три удара по фундаментальным показателям и оценке компаний вышли в публичное поле всего за неделю. 1. Санкционный «юбилей»: Медь и Платина под прицелом Евросоюз готовит 20-й пакет санкций к 24 февраля 2026 года. В планах — жесткое ограничение импорта металлов платиновой группы (платина, иридий, родий) и меди. • Контекст и цифры: По состоянию на 2024–2025 г., несмотря на разворот на Восток, на долю «недружественных» стран (Европа и США) по-прежнему приходится около 1/3 всей выручки GMKN. • Исторический экскурс: Для сравнения, исторически только на Европу приходилось чуть более 20% продаж. Сейчас этот рынок под угрозой полного закрытия. • Вывод: Если ограничения будут приняты, компании придется ускоренно искать новую логистику, что неизбежно приведет к росту транспортных расходов и принудительным дисконтам для новых покупателей в Азии. 2. Акционерная война: Потанин vs Дерипаска 2.0 Старое противостояние вспыхнуло с новой силой в Высоком суде Лондона. RUAL перешел в атаку, обвинив Владимира Потанина в продаже активов по заниженным ценам и нарушении акционерного соглашения. • Что произошло: Суд обязал главу Норникеля раскрыть конфиденциальные документы. Русал требует отстранения Потанина от руководства. • Влияние на акции: Юридическая неопределенность — главный яд для капитализации. Пока гиганты судятся, инвесторы начинают закладывать в цену «риск управления». 3. Китайский проект на паузе: Медь остается дома? Амбициозный план по переносу плавильных мощностей в Китай дал осечку — китайский партнер внезапно покинул проект. • Последствия: Это бьет по стратегии «экологической модернизации» в Норильске. Перенос завода позволил бы компании избежать огромных штрафов за ущерб экологии в РФ. • Две стороны медали: С одной стороны, это задержка в развитии. С другой — сохранение налоговой базы и рабочих мест внутри страны может стать долгосрочным плюсом для экономики РФ, если завод в итоге построят на родине. Что в итоге? Вся эта пачка новостей за неделю ставит много вопросов и дает очень мало ответов. • Про дивиденды: Мое мнение — вероятность их возобновления сейчас стремительно тает. Компании явно будет не до щедрых выплат, когда нужно тратиться на суды, новые стройки и перестройку сбыта. • Единственный позитив: Это продолжение роста цен на металлы на мировом рынке. Только ралли в меди и PLTRUB_TOM может вытащить котировки на фоне будущего корпоративного и санкционного шторма.

Металлы будущего: Почему Селигдар и Норникель становятся стратегическими активами в 2026 году. В условиях глобального технологического противостояния и энергетического перехода, металлы перестали быть просто биржевым товаром. Сегодня это фундамент для ИИ-инфраструктуры, робототехники и оборонного суверенитета. В России два игрока — GMKN и SELG — контролируют добычу критически важных элементов, спрос на которые к 2026 году приобрел взрывной характер. Медь: «Кровеносная система» искусственного интеллекта Это главный бенефициар бума центров обработки данных (ЦОД). •Цифра: Для одного ЦОД мощностью 1 ГВт требуется около 65 000 тонн меди. Она необходима для силовых шин, сложнейших систем охлаждения и распределения энергии. •Рынок: Норникель обеспечивает около 40% всей добычи меди в РФ. При мировом дефиците от 450 000 до 600 000 тонн рафинированной меди, медь превращается в «новую нефть». Вольфрам: Броня и космос Вольфрам стал эпицентром торговых войн после того, как Китай в 2025 году ввел жесткие ограничения на его экспорт. Китай обрабатывает вольфрама: ~83 % от мирового объема. •Применение: Необходим для бронебойных снарядов, аэрокосмических сопел и быстроизнашивающихся деталей. В эпоху робототехники вольфрам незаменим для защиты машин, работающих в зонах высокой радиации (от АЭС до космической разведки). •Игрок: Селигдар через свои дочерние структуры активно наращивает долю в российском производстве вольфрамового концентрата (до 15-20% рынка РФ), становясь ключевым звеном в импортозамещении этого сверхтвердого металла. Олово: Клей для микрочипов Без олова невозможна сборка ни одного электронного устройства. •Применение: Основной компонент припоев для печатных плат. Рост индустрии Интернета вещей (IoT) и робототехники делает олово дефицитным ресурсом. •Игрок: Селигдар (через ROLO ) фактически монополизировал добычу олова в России (почти 100%), обеспечивая технологическую безопасность страны. Инвестиционный прогноз 2026: Куда смотреть? Анализ рыночной конъюнктуры выделяет три наиболее привлекательных направления: •Медь и Платина (Высокая привлекательность): Структурный дефицит из-за ИИ и водородных технологий делает эти металлы фаворитами для долгосрочных инвестиций. •Вольфрам (Стратегический выбор): Ограничения со стороны Китая создают уникальную нишу для российских производителей. «Селигдар» здесь выступает как ставка на технологический суверенитет. •Никель и Палладий (Стабильность): Эти металлы остаются базой мировой промышленности, обеспечивая «Норникелю» устойчивый денежный поток даже при волатильности цен. Дополнительный фактор: Индонезия планирует сократить добычу никеля для поддержки цен на рынке. Итог: В 2026 году инвестиции в Селигдар и Норникель — это не просто ставка на сырье, это вложение в инфраструктуру искусственного интеллекта, робототехнику и глобальную энергетическую безопасность. Металлы стали «твердой валютой» технологической эры.

&Mind Invest