Сейчас на Иране полетим вслед за нефтью

И вновь о кризисе На этой неделе мы видели безумную волатильность в BRJ6, которая объясняется нервозностью трейдеров по поводу сроков окончания иранского конфликта. И причины нервничать у них имеются. Резкая коррекция отыгрывала новостной фон, связанный с мерами по восполнению выпадающих объемов. Однако, когда появились подробности, и все сели и посчитали, то картина оказалась не такой радужной. Несмотря на то, что решено раскассировать 400 млн баррелей, важен не объем, а скорость доставки потребителям. До конфликта через пролив проходило около 20 млн б/с. С учетом текущих данных, страны МЭА смогут заместить примерно 2,5 – 3,3 млн б/с. Поэтому мировые рынки после эйфории в понедельник всю оставшуюся неделю продолжили падать. Так, третью неделю подряд американский SFH6 закрывает в красной зоне – 6620. Это чуть выше критических уровней поддержки 6600 и 6500, после которых с высокой долей вероятности начнутся панические продажи. О том, что «не все благополучно в Датском королевстве» говорит и увеличивающаяся проблема ликвидности в частных кредитных фондах. Под давлением оказались BlackRock, Morgan Stanley, Cliffwater, Blue Owl Capital и др., которым пришлось ограничить лимиты на выдачу в 5% при запросах на погашение от 8% до 11%. Опасения по поводу пузыря ИИ подкрепились геополитикой, что и заставило инвесторов забирать деньги из рисковых активов. Тревожные звоночки появляются и в трежерис. В пятницу, 13 марта, доходность эталонных 10-летних казначейских облигаций США подскочила до 4,28%. Инвесторы начали закладывать в цены новый долгосрочный инфляционный риск. Нынешний скачок доходности можно сравнить с временами войны Судного дня 1973 года, когда энергетическое потрясение привело к затяжному периоду стагфляции. Увеличивающиеся издержки разгоняют инфляцию. Инфляция, в свою очередь, увеличивает издержки, в том числе связанные с обслуживанием долга. Общий непогашенный государственный долг США составляет около $38,86 трлн. По большому счету американцы должны сами себе: американские пенсионные и взаимные фонды, страховые компании, частные инвесторы и корпорации – $24 трлн, внутриправительственная задолженность – $7,59 трлн, Федеральная резервная система – $6,7 трлн. Иностранные правительства, центральные банки и инвесторы держат около $8,5 трлн или примерно 27%. Крупнейшей здесь является Япония (1,13 трлн $). JPH6 закрылся на 159,7. На уровне 160,35 находится сильный уровень, который выступал сопротивлением в 1987, 1990 и 2024 годах. Техническая картина последних дней говорит о том, что на этот раз он может быть преодолен. Такой сценарий также подкреплен фундаментально: дорогая нефть для крупнейшего импортера означает ухудшение торгового баланса и прямое давление на нацвалюту; ожидания по ставке ФРС (теперь первое снижение ждут не в июне, а в сентябре) делают доллар еще привлекательнее. Дальнейшее ослабление вынудит японские власти начать валютные интервенции, которые они могут сделать только через продажу американских бондов. Распродажа долга еще больше увеличит доходность трежерис, что приведет к еще большим тратам на его обслуживание. Чем выше инфляция, тем дольше высокие ключевые ставки, тем больше замедление экономики. Аналитические агентства дают такие прогнозы: U.S. Bank оценивает вероятность рецессии в ближайшие 12 месяцев в 30%, BCA Research – 40% для США и 50% для Европы и Японии. Другим индикатором, свидетельствующим о приближении нового кризиса, является кривая доходности (спред 10-летних и 2-летних облигаций). Исторически это самый надежный предвестник рецессии, которая наступает в среднем через 11 месяцев после того, как спред становится отрицательным. В последний раз инверсия наблюдалась 5 сентября 2024 года. Таким образом, текущая ситуация – это классический пример того, как геополитика влияет на хрупкую макроэкономическую картину. Если посмотреть на опыт нефтяного эмбарго 1973 года, то рынки держались без «panic sale» 3 недели. Две недели у нас уже прошли…