Добро пожаловать домой

Друзья, добрый день. Как вы помните, мы обозначали оптимальными целями роста индекса S&P 500 значения около 7700 пунктов, и мы потихоньку подбираемся к этим уровням. Продолжится ли рост, или кризис завтра? Попробуем разобраться. Итак, несколько вводных: Темпы роста американского рынка одни из наиболее быстрых за всю историю наблюдений, темпы роста SOX наиболее быстрее за всю историю наблюдений (несколько дней назад был побит рекорд 1995 года). С другой стороны мы видим нефть около 100$ в течение практически трех месяцев, потребительские ожидания по инфляции пока не на пике, но уверенно движутся в ту сторону, потребительские ожидания по состоянию экономики в целом на исторических минимумах. В то же время на прошлой неделе хедж-фонды фиксировали позиции в акции наибольшими темпами с середины прошлого года. Доколе? Тут как обычно, сказать сложно. Мы с вами много раз видели иррациональный рост американских рынков, который причем продолжается дольше, чем хватает денег на финансирование шортов у всяческого рода алармистов. Однако, и бесконечный позитив рынки как известно наказывают. Так чего же ждать? Мы ожидаем достаточно серьезной коррекции на американских рынках в обозримом будущем, с целями в район 5500 пунктов. На чем она будет происходить, сказать пока сложно, но вариантов много: это и предстоящие IPO SpaceX, OpenAI, Antropic, которые оттянут достаточно большое количество денег с рынка, а в индекс сразу не войдут, но это скорее техническая причина. Еще один интересный момент: у многих компаний заканчиваются деньги на ИИ, например MSFT отменил все внутренние подписки на Claude на фоне огромных костов, UBER потратил весь бюджет на ИИ за 4 месяца, GitHub отказывается от тарифных планов с фиксированной ставкой. Возможно эта тенденция продолжится, и подпортит ожидания по прибылям Antropic и других ИИ-компаний после IPO. Третий вариант: продолжение и эскалация противостояния в Иране, тут долго объяснять не надо. И наконец, риски по новому главе ФРС, несмотря на наши ожидания по снижениям ставки в этом году, все больше голосов в пользу как минимум одного повышения, и этот риск вполне может реализоваться, если Уорш решит, что он не хочет тонуть с Трампом и начнет работать на отношения со следующей администрацией. В завершение скажем, что хотя ситуация постоянно усугубляется, и будто пора бы уже и попадать, рост может и скорее всего продолжится еще некоторое время, продавать все прямо сегодня точно не стоит. Но, порезать риски в позициях по американским акциям, как мы это делали в течение этой и прошлой недели - точно стоит, а можно и начать набирать хедж-путы, как страховку. SFM6 SFU6 NAM6 NAU6

Друзья, добрый день. Уже более 50ти лет над миром давлеет система нефтедоллара, поддерживающая статус американской валюты как резервной. И тут можно сделать хороший кликбейт в стиле: «Война на Ближнем Востоке положила конец нефтедоллару», но мы так делать не будем, так как это не совсем соответствует реальности, хотя интересные события с вечнозеленым и происходят. О них и поговорим. Система нефтедоллара сформировалась во время кризиса 1973-1974 годов, который в свою очередь был спровоцирован войной Йом-Киппур на Ближнем Востоке. Тогда после роста цен на более 70% и нефтяного эмбарго против США, американцы заключили с Саудовской Аравией соглашение, которое кроме прочих важных процессов, отзывающихся и сегодня, было зафиксировано следующее: «В обмен на военную защиту саудиты обязуются продавать нефть только за доллары, а так же реинвестировать долларовую выручку в гособлигации США». Об этом кстати достаточно интересно написано в полу-художественной книге «Исповедь экономического убийцы», рекомендуем. С рыночной точки зрения это соглашение зафиксировало самоподдерживающуюся обратную корреляцию между нефтью и долларом, аналогичную обратным корреляциям с золотом, американским рынком акций и тд, вроде все очевидно. А что случилось? А случилось то, что с начала текущей итерации войнушки в ближневосточном регионе доллар с нефтью ходят наиболее синхронно за всю историю наблюдений. Почему так? Нефть растет из за все нарастающего дефицита, подстегиваемого заканчивающимися стратегическими резервами, а доллар растет как защитный актив. Вроде бы все понятно и объяснимо, но есть нюанс. Если бы на текущий момент система нефтедоллара работала в том виде, как это было например до кризиса 2008 года, такой высокий уровень корреляции был бы физически невозможен. Получается все таки сломался? Не спешите. Система нефтедоллара тихо умирает уже более 20 лет, такие большие процессы в одночасье не происходят. Сейчас мы скорее видим симптомы начала заключительной части ее заката. Тут стоит отметить, что отмирание именно нефтедоллара не равно отмиранию доллара как резервной валюты, это процесс гораздо более длительный, окончание корреляций с нефтью лишь одна из его составных частей. Значит ли это что теперь все будет наоборот, доллар с нефтью всегда будут ходить идентично? Нет. Это значит, что корреляция долгосрочно оборвалась и статистически значимых долгосрочных зависимостей между этими активами более не будет. А куда вечнозеленый пойдет то? Долгосрочно $DXY будет продолжать тренд на упадок доллара, начавшийся еще в 1980-х годах. Более локально сказать сложновато, тут прогноз будет в стиле «если не упадет, то вырастет» с перевесом в сторону вырастет, очень многое зависит от динамики ближайших дней. И именно от движения доллара зависит, будут ли пригодны мировые рынки для торговли в ближашие недели, или все внимание трейдеров приковано к нефти, что в свою очередь подтверждает пока удерживающуюся роль доллара как мировой резервной валюты. SFM6 SFU6 GLDRUB_TOM SVM6

Победа в экономике, часть 2 Нацистская стратегия была экономической в своей основе. Plan «Ост» рассматривал советские территории как источник сырья, сельскохозяйственных угодий и рабочей силы: Украина — житница Рейха, Россия — поставщик полезных ископаемых, население — дешёвая рабочая сила. Ход войны превратил эту доктрину в геноцид. Гитлеровцы полностью или частично разрушили 1710 городов и посёлков, 31 850 промышленных предприятий, 40 тыс. больниц, 84 тыс. учебных заведений. Прямой материальный ущерб составил 679 млрд рублей. С учётом потерянных доходов казны и военных расходов совокупные потери достигли 2,57 трлн рублей — по курсу 1940 года около $485 млрд, что эквивалентно более чем 64 годам довоенных капиталовложений. В ценах 2020-х — не менее $11 трлн, почти пять годовых ВВП современной России. По оценке историка Марка Харрисона, СССР потерял 25% активов и 30% национального богатства, а на оккупированных территориях — две трети. Потери Союза превысили 50% совокупного ущерба всех союзных держав. Для сравнения: общие экономические потери США составили $275 млрд, Великобритании с Канадой — $127 млрд. Демографические потери не уступали экономическим. По оценке Росстата, СССР потерял 39,3 млн человек — каждого пятого жителя. В нацистских застенках погибли не менее 45% советских военнопленных; немцев в советском плену умерло 14%. Трофейная служба начала формироваться с осени 1941 года, к апрелю 1943-го превратилась в Трофейный комитет при ГКО: 34 тыс. человек, шесть бригад, 39 батальонов. За годы войны с полей сражений собрано 24 615 танков и самоходок, 68 тыс. орудий, 10 млн тонн металлолома. Но главной ценностью оказались технологии. С 3474 немецких промышленных объектов вывезено 1,1 млн единиц оборудования — прессов, станков, турбин, генераторов. Производство прецизионных станков в СССР выросло с 17 единиц в 1940 году до 2744 в 1950-м. К февралю 1949 года советские технические сборники включали 225 тыс. немецких и американских патентов. В октябре 1946 года прошла операция «Осоавиахим»: 2,2 тыс. немецких учёных с семьями за две недели распределили по 31 предприятию девяти министерств. Ракетчики работали с Королёвым в НИИ-88, авиаконструкторы из Junkers и BMW — на заводе № 2 под Самарой; их кооперация стала основой турбовинтового НК-12 для Ту-95. Конструктор Хуго Шмайссер работал в Ижевске — и, по мнению ряда историков, его опыт повлиял на оружие, ставшее самым массовым в истории. Советская разведка также обнаружила 130 тонн оксида урана — по словам академика Харитона, это ускорило создание первой ядерной бомбы как минимум на год. Ялтинский ориентир по репарациям — $20 млрд, из которых $10 млрд предназначались СССР, — покрывал лишь около 10% реального ущерба. И эта сумма не была выплачена: с мая 1946 года западные союзники фактически прекратили поставки. В американской зоне план репараций был выполнен на 20%, в британской — на 4,5%. Реально полученное ЦСУ СССР оценило в $3–3,3 млрд — от 0,7% до 3,3% совокупных экономических потерь. США и Великобритания к марту 1947 года получили с Германии свыше $10 млрд — значительно больше, чем Советский Союз. Завершение репарационной истории парадоксально: экономика «оккупированной» ГДР в 1951–1989 годах росла в среднем на 4,5% в год — против 4,3% у ФРГ, получившей план Маршалла. В качестве «трофея» разрушенная Восточная Германия получила советский строй, помощь советских специалистов и советские кредиты.