#theamericanconservative $BRG7 $BRX6 🤴 #выборы

🔥🤴 #трамп ⚡Президент США Дональд Трамп заявил, что Джаред Кушнер и Стив Уиткофф, которые на этих выходных отправятся в Москву, везут с собой предложение о прекращении войны. — В немецком аэропорту обнаружен беспилотник со взрывчаткой. Разве это не нападение на Германию? — Я так не думаю. Я разговариваю с Путиным. Я его очень хорошо знаю. Путин не стремится нападать на территорию НАТО. — Вопрос о Москве. Ожидается, что Джаред Кушнер и Стив Уиткофф посетят Киев. Привезут ли они с собой новые предложения? — Они привезут с собой предложение о прекращении войны. Потому что я закончил восемь войн. Надеюсь, вы гордитесь мной. Я закончил восемь войн. Мне это не приписывают. Получил ли я Нобелевскую премию? Нет. Хотя человек, который её получил, был достаточно добр, чтобы отдать её мне. Она сказала: «Никто в истории не заслуживает Нобелевской премии больше, чем ты». Но в Норвегии меня не любят, потому что, как мне кажется, они считают меня немного консервативным.

#на_выходные Сегодня один популярный космический канал написал о том, что «Вояджеры» пересекли гелиопаузу. Заголовок буквально кричит, только вот новость опоздала: первый аппарат прошёл эту границу ещё в августе 2012-го, второй — в 2018-м. Реальный повод скромнее — учёные пересмотрели старые данные и выяснили, что плазма на краю гелиосферы раскалена до 30–50 тысяч кельвинов. Отсюда и «огненная стена» в заголовках. Стены там, конечно, нет: вещество так разрежено, что эти температуры даже не согрели бы ладонь. Новость зацепила меня другим. Бортовой компьютер «Вояджера» располагает памятью около 68 килобайт — в тысячи раз меньше, чем в дешёвом смартфоне. Данные пишутся на восьмидорожечный магнитофон. Питание дают три радиоизотопных генератора на плутонии-238, теряющие по четыре ватта в год. Машина уровня калькулятора сорок восемь лет летит сквозь немыслимую пустоту со скоростью семнадцать километров в секунду — и до сих пор отвечает, когда её зовут. Их запустили только потому, что в конце семидесятых Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун выстроились в редчайшую конфигурацию, повторяющуюся раз в 175 лет. Прошлый раз такое небо видел Наполеон. Гравитация работала как праща: каждый гигант подхватывал аппарат и швырял дальше. «Вояджеры» нашли вулканы на Ио, гейзеры на Тритоне, впервые показали нам Уран и Нептун не точками в окуляре, а мирами. В 1990 году, уже не имея шансов вернуться, «Вояджер-1» обернулся и снял Землю с шести миллиардов километров — бледную голубую точку размером меньше пикселя, застрявшую в солнечном луче. Идея этого снимка, как и главная идея всей миссии, принадлежала одному человеку — Карлу Сагану, астроному Корнеллского университета, участнику планетных программ НАСА и, пожалуй, одному из самых известных популяризаторов науки двадцатого века, чей сериал «Космос» посмотрели сотни миллионов людей. О той фотографии Саган потом написал: все, кого вы любили, все войны и империи — вот здесь, на этой пылинке. К каждому аппарату привинтили позолоченную медную пластинку с полуторачасовой записью: Бах и Чак Берри, стук человеческого сердца, шум прибоя, приветствия на 55 языках — на русском простое «Здравствуйте, приветствую вас!». Энн Друян, будущая жена Сагана, записала для пластинки собственные мозговые волны — час мыслей влюблённой женщины, летящий теперь между звёзд. К пластинке приложили иглу и выгравировали инструкцию, а на футляр нанесли пятно урана-238 — часы, по которым нашедший сможет вычислить возраст находки. Карта пульсаров однажды укажет ему дорогу к нашему Солнцу. Ему... Я всё тот же мечтатель. Шансы, что кто-то это найдёт, ничтожны. Создатели безусловно знали. И всё равно сделали. Через несколько лет плутоний иссякнет, и Земля услышит последний сигнал. Но полёт не закончится. Через сорок тысяч лет «Вояджер-1» пройдёт мимо звезды Глизе 445 — к тому времени аппарат, вероятно, переживёт всё: и НАСА, и страны, и, может быть, нас самих. Останется кусок металла с Бахом внутри, дрейфующий по Галактике. Мы ещё толком не научились понимать самих себя, постоянно спорим, воюем, совершаем ошибки, строим и разрушаем. Но однажды мы посмотрели в темноту и всё-таки решили бросить туда бутылку с письмом. Просто потому, что нам почему-то было важно оставить после себя несколько слов. «Здравствуйте. Мы были здесь».

DLU6 DLV6 Цена дизельного топлива премиум-класса в Европе достигла рекордного уровня. Согласно отчету, разница между ценой дизельного топлива и ценой сырой нефти (так называемый "дизельный спред") в Европе впервые превысила 100 долл. за баррель, что привело к тому, что цена дизельного топлива стала более чем вдвое выше цены на сырую нефть. Это указывает на серьезный дисбаланс на рынке средних дистиллятов и свидетельствует о значительном несоответствии между доступностью продукции и спросом со стороны конечных потребителей по всей Европе. Для рынка "дизельный спред", превышающий 100 долл., является явным сигналом о том, что прибыль от переработки определяется ценой дистиллятов, а не самой сырой нефти. Это стимулирует нефтеперерабатывающие заводы к максимальному увеличению производства дизельного топлива, где это возможно, и к перенаправлению партий топлива в Европу из других регионов. Это также означает продолжение давления на транспортные компании, промышленные предприятия и оптовых покупателей топлива, поскольку дефицит продукции напрямую влияет на сектора, чувствительные к инфляции, даже если цены на сырую нефть остаются стабильными. Ключевой сигнал заключается в том, что проблема Европы заключается не только в поставках сырой нефти, но и в гораздо более жестких и дорогостоящих процессах переработки сырой нефти в ту продукцию, которая ей наиболее необходима.