Профиль инвестора Agaev1003 | Тинькофф Инвестиции Пульс

Актуальный состав автоследа Russian Magellan Транснефть частично уйдет в пользу Ленпрефа после дивотсечки. Сбер в будущем сократится в половину в пользу ряда активов. В наблюдаемых на данный момент: ХХ, Совком, Т.Тех, Промомед.

Почему ваш счёт в долях отличается от стратегии автоследования и при чём тут стейк из Бутчера Представьте, что вы пришли в ресторан, заказали то же самое блюдо, что и я за соседним за столиком. У меня стейк рибай на 400 грамм, картошка, соус, бокал вина. У вас кусочек мяса, две картофелины и стакан воды. В ы возмущаетесь: «Мы же одно и то же заказали!» А официант вам спокойно так: «Ну вы же заплатили в четыре раза меньше». Вот примерно так и устроено автоследование. Синхронизация суммы - очень важно. У меня в стратегии минималка — 65 000 рублей, рекомендованная — 250 000. Стратегия это не волшебная кнопка «повторить за автором». Это лоты и веса. У каждой бумаги свой минимальный объём, своя цена, свой вес в портфеле. И когда я как автор покупаю акцию с весом 10%, ваш счёт должен повторить тот же вес у себя. И вот тут начинается арифметика, от которой никуда не деться. Допустим, я беру условную акцию по 7 000 рублей. У меня модельный портфель 250 000, вес позиции 10% — это 25 000 рублей, три-четыре акции. Нормальная позиция, всё повторяется. У вас на минималке те же 10% — это 6 500 рублей. А акция стоит 7 000. И всё, приехали. Сделки нет. У меня в ленте красуется покупка, у вас на счёте пусто. И таких «пропавших» сделок за месяц набирается прилично. Особенно по дорогим бумагам и по позициям с небольшим весом. Я-то портфель веду полным составом, а у мелкого счета - урезанная версия. И в добавок к комиссиям добавляется еще провал по этой части. По итогу моя доходность одна, ваша — другая. И это не потому, что я хитрый, а потому что физика рынка такая. Чем ближе ваша сумма к рекомендованной, тем точнее счёт повторяет стратегию. На 250 000 вы заходите во все сделки, держите все позиции в нужных пропорциях и видите у себя ту же динамику, что и в описании. На скрине доходность стратегии Russian Magellan с момента основания в сравнении с индексом мосбиржи полной доходности.

Как сравнивать компании из сектора ритейла? В 2021 году компания «Обувь России» отчиталась о росте выручки. Менеджмент уверенно говорил про экспансию, новые магазины, лояльную аудиторию. Акции и облигации спокойно торговались. А внутри отчётности, на одной строчке, тихо росли запасы. И ещё на одной росла дебиторка. Запасы росли быстрее выручки. Дебиторка росла быстрее выручки. Это означало одну простую вещь: компания не продавала товар, она его складировала и записывала в баланс как актив. Через несколько кварталов произошёл дефолт по облигациям. Инвесторы, которые смотрели только на строчку «выручка», потеряли всё. Я начинаю с этого примера не для драмы. Я начинаю с него, потому что ритейл это не просто рост выручки. Как и любой другой сектор. Важные цифры: Цифра первая: сопоставимые продажи (LFL) Ритейлер может расти двумя способами. Первый: открывать новые магазины. Второй: продавать больше в уже существующих. Это два разных бизнеса. Первый это стройка. Второй это растущий спрос. LFL (like-for-like) - это рост продаж в магазинах, которые проработали полный год и в прошлом, и в этом. Без новых открытий. Чистая динамика старых магазинов. LFL делится на две части. LFL чек: на сколько вырос средний чек: цена и структура корзины. LFL трафик: на сколько изменилось число покупателей. Здоровый ритейлер растёт и по чеку и по трафику. Чек растет за счёт инфляции и того, что люди берут больше дорогих позиций. Трафик же за счёт реального притока людей в магазин. Если выручка растёт, а LFL трафик отрицательный: значит компания удерживает выручку только за счёт новых открытий и инфляции. Когда я сравниваю две сети, я смотрю на LFL за последние четыре квартала подряд. Цифра вторая: маржа EBITDA Маржа EBITDA это сколько копеек операционной прибыли остаётся с каждого рубля выручки. У продуктовых сетей в России она исторически 6–9%. Что важно: маржа EBITDA не должна падать на долгом отрезке. Если три года подряд показатель снижается с 8% до 5% то, бизнес стагнирует. Или растут издержки, которые менеджмент не контролирует или не может по не зависящим от него причинам. Цифра третья: оборачиваемость запасов и денег Это та самая цифра, которую не хотели замечать инвесторы «Обуви России». Оборачиваемость запасов: это выручка, делённая на средние запасы. Чем выше, тем быстрее товар уходит со склада. Важно чтобы эта цифра не росла высокими темпами от отчетного периода к отчетному периоду. Иначе магазин превращается в склад. Конверсия прибыли в денежный поток: важная метрика. Она показывает, сколько из бухгалтерской прибыли реально превратилось в кэш. Здоровый ритейлер конвертирует 70–90% прибыли в FCF. Если конверсия упала до 30–40%, значит деньги где-то встряли. Чаще всего в запасах и дебиторке. Цифра четвёртая: долг и аренда Стандартный показатель — Net Debt / EBITDA. Для ритейла он не должен превышать 2,5. Но в ритейле есть условный невидимый долг: арендные обязательства. Все магазины, которые компания не выкупила, а арендует, по МСФО 16 учитываются как долгосрочные обязательства. Если их сложить с банковским долгом, получается реальная нагрузка. Я всегда смотрю две цифры: Net Debt без аренды (для сравнения с банковской устойчивостью) и Net Debt + аренда (для понимания общей нагрузки). Цифра пятая: онлайн и его экономика Доля онлайн-продаж в выручке. У продуктовых сетей в России — 5–15%. У одежды и электроники — 30–60%. У чисто онлайн-игроков — 100%. Сама по себе доля ничего не говорит. Важнее два других вопроса. Первый: растёт ли онлайн быстрее офлайна. Второй: какая маржинальность онлайн-сегмента. У большинства ритейлеров онлайн менее маржинален, чем офлайн: доставка, упаковка, маркетинг. Если компания не раскрывает маржу онлайна отдельно, это плохой знак. в следующем материале пройдем по и

История одного дизайнера Сидит, значит, Влад. 26 лет, дизайнер в продуктовой команде, MacBook с наклейкой какого-то стартапа, на столе матча латте на овсяном. Влад зарабатывает прилично, по меркам своих родителей вообще как космонавт. И вот накопил, значит, Влад полмиллиона. Лежат они на карточке. Открывает Влад приложение брокера. А там, две тысячи бумаг. Акции, фьючерсы, облигации с купонами, какие-то ЗПИФы, БПИФы. Влад смотрит на это всё минут сорок, закрывает приложение и идёт заказывать вторую матчу. — Слушай, — говорит он коллеге Кате на следующий день. — Я думаю, надо как-то инвестировать. Но я ниче не понимаю. — А ты в Т-Инвестициях? Там автоследование есть. Подключаешься к чужой стратегии и не паришься. говорит Катя, не отрываясь от фигмы. Влад кивает с умным видом. Влад, впервые слышит слово «автоследование», но виду не подаёт. Влад же дизайнер, у него насмотренность. Дома Влад открывает и начинает разбираться. Влад изначально думал так: ну, куплю Сбер на полмиллиона, и буду как папа. Папа же не пропал. А оказалось, что взрослые люди так не делают. Взрослые люди раскладывают деньги по разным активам: в акции роста, в облигации, в дивидендные истории, недвижку и ещё куда-то. Но самое главное - не купить плохие активы!!! Автоследование решает это просто. Подключаешь стратегию, а внутри уже всё разложено. Хочешь - несколько стратегий разом, хочешь - одну смешанную, где автор сам решает, чего и сколько. Или если молодой и больше риска, то только акции!!! Влад, конечно, выбрал смешанную. Влад вообще любит, когда за него думают, он за это в студии деньги получает. Влад читал, что инфляция в стране — то ли пять процентов, то ли десять, то ли вообще пятнадцать, как посчитать. И вот эти полмиллиона на карточке, прямо сказать, тают. Не в моменте, но тают. Через год Влад на ту же сумму уже не съездит, куда хотел. Можно, конечно, начать торговать самому. Купить книжку про свечной анализ, подписаться на десять телеграм-каналов, ставить будильник на открытие торгов. Но Влад, чтоб вы понимали, и так встаёт в десять утра с большим трудом. А тут ещё биржа открывается в семь. Автоследование - это про то, чтобы делегировать. Влад у нас дизайнер. Дизайнеры вообще учатся, подглядывая. Зашёл на дриббл, увидел красивое, разобрал по слоям, понял, как сделано. То же самое, оказалось, работает и с биржей. Подключился к стратегии и видишь, какие сделки делает автор. Когда заходит в бумагу. Когда выходит. Как реагирует на падение рынка. Какие комментарии дает по бумагам в стратегии. Не слепое копирование а обучение через наблюдение. Через месяц Влад снова сидит с Катей в переговорке. Катя что-то рисует в фигме, Влад открывает приложение брокера и не закрывает его через сорок секунд. У влада взгляд умный, не как Уоррен Баффет, конечно. Как Влад. — Ну как, — спрашивает Катя, — подключился к автоследованию? — Ага, — говорит Влад. — К трём стратегиям сразу. Я ж дизайнер, я в композиции. Катя хмыкает. Катя в гробу видела композицию из трёх стратегий, у неё своя одна и та работает. Но Влад теперь, надо сказать, спит спокойно. И это, в общем-то, главное, что продукт умеет делать с человеком.

Самая сложная тема для передачи знаний текстом. В марте 2022 года Московская биржа была закрыта три недели подряд. Я сидел тогда дома и звонил одному знакомому. Зовут его Леонардо ДиКаприо, работает трейдером в управляющей компании в Москве, занимается облигациями. Он держал много ОФЗ до СВО, так вышло случайно, а после открытия рынка был очень радостный и говорил что скоро станет миллионером. — Лео, ты о чём? — спросил я. — Это ахрененно, потому что скоро откроют рынок и я куплю такие спреды, какие в последний раз были в 1998-м. Ты не представляешь, что сейчас будет на рынке облигаций. Биржу открыли 21 марта. Сначала — только ОФЗ. И длинные ОФЗ, с погашением в 2036 и 2041 годах, легли по 70% от номинала. Те самые государственные облигации, которые в январе стоили 99 копеек на рубль, начали торговаться по 70 копеек за рубль(упрощаю). Доходность к погашению подскочила с 9 до 14 процентов годовых. А через неделю открыли торги корпоративными облигами. И вот там, как Леонардо и предсказывал, началась распродажа. «Самолёт» 002P-01 — по 65. «М.Видео» — по 55. «Сегежа» — по 57. «Белуга» — по 58. «Софтлайн» — по 48. Доходность к погашению в моменте — 25, 30, 35, местами 40 процентов годовых. — Покупаю всё, - написал мне Лео. Если вы никогда не торговали облигациями, я сейчас объясню, что такое спред, на пальцах. Цифры условны, главное суть. У государства есть облигации, это ОФЗ. Она считается безрисковой. Условно: шанс государства обанкротиться, самый минимальный. На три года ОФЗ даёт 10% годовых. У корпорации, скажем, у «Самолёта», есть облигация той же длины на три года. Купон 13%. Если её цена 100% от номинала, доходность к погашению тоже 13%. Разница с ОФЗ 3 процентных пункта, или 300 базисных пунктов. Это и есть спред. Плата за риск, что «Самолёт» может обанкротиться, а государство нет. Чем выше риск эмитента, тем больше спред. А теперь представьте: спред у «Самолёта» взлетел до 2300 базисных пунктов(23 процентных пункта). Такого не бывает в принципе, если только рынок не уверен, что «Самолёт» завтра подаст на банкротство. Такие эпизоды на рынке облигаций случаются редко, но случаются. И каждый раз они заканчиваются примерно одинаково. Осень 2008-го. После банкротства Lehman Brothers российские корпоративные спреды взлетели до 1500–2000 б.п. у крупных эмитентов. Рублёвые облигации ВТБ давали 18% годовых. Еврооблигации «Газпрома» 14%. Через полтора года «Газпром» давал 6%. Кто купил осенью 2008-го — заработал 30–40% на цене плюс купонный доход. Декабрь 2014-го. После падения нефти и присоединения Крыма ОФЗ вылетали в доходности 17%. «Роснефть» — 22%. «Евраз» — 25%. Через год всё вернулось к 10%. Те, кто брал в декабре, получили 25–30% плюс купоны. Теперь — про тёмную сторону этой стратегии. Потому что в журнальной статье про ДиКаприо всё красиво. А жизнь любит ставить нас в разные позы. Стратегия расшивки спредов работает на одном допущении: рынок панически переоценил риск, а настоящего дефолта не будет. Это допущение верно в большинстве случаев, когда паника общерыночная. Но иногда рынок паникует правильно!!! Вспомним «Эбис». Это был эмитент сегмента ВДО. В 2022-м его облигации лежали по 40% от номинала. Доходность к погашению — 70–80 процентов годовых. ДиКаприо «Эбис» не покупал, не зря же он в итоге получил Оскар. В 2023-м «Эбис» объявил дефолт. Нужно очень глубоко погружаться в эмитента, чтобы не купить компанию, близкую к финансовому краху. Отдельная тема когда можно торговать не только кризисной расшивкой, но и аккуратными движениями спреда в обычное время. Допустим, ОФЗ-3 года стабильно даёт 10%, а «Самолёт» даёт 13,5% — спред 350 б.п. Это нормально. Вдруг выходит плохая новость по «Самолёту». Спред раздувается до 600 б.п. Хороший момент для покупки. Через 2–3 месяца, когда новости пройдут, спред вернётся к 350 б.п., и цена облигации вырастет. Такие маленькие эпизоды случаются регулярно. За год это даст дополнительные 8–12% к базовой облигационной доходности.

Cash-in и cash-out. Два IPO на одной бирже, две противоположные сделки На Московской бирже с января 2023 по декабрь 2024 состоялось двадцать одно IPO. У каждого из них была одна и та же процедура: проспект, маркетинг, книга заявок, листинг, старт торгов. Это одинаковые мероприятия, но принципиально разные сделки. Разница в структуре размещения. Формально она сводится к двум словам: cash-in и cash-out. Cash-in IPO — это первичное размещение, в котором компания выпускает дополнительную эмиссию акций. Новые бумаги продаются инвесторам, а деньги от продажи поступают на счета компании-эмитента. Существующие акционеры не продают ничего, их доля размывается пропорционально выпуску, но в обмен они получают более капитализированный бизнес. Юридически это регулируется 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг»: увеличение уставного капитала, регистрация дополнительного выпуска в ЦБ, размещение по открытой подписке. Cash-out IPO — это первичное публичное размещение уже существующих акций. Действующие акционеры — основатели, венчурные фонды, ранние инвесторы — продают свои пакеты рыночным покупателям. Деньги от продажи идут продавцам, а не в компанию. Компания в такой сделке не получает ни рубля финансирования; её капитализация меняется, но баланс остаётся прежним. В чистом виде обе структуры встречаются редко. На практике большинство IPO смешанные: часть акций из допэмиссии, часть — от продавцов. Доля cash-out в объёме сделки варьируется от 0 до 100 процентов. Цифра раскрывается в проспекте эмиссии — в разделе «Направления использования денежных средств». Почему эта разница значима для инвестора, который покупает акции на IPO? Рассмотрим два сценария. В cash-in IPO основатель сохраняет свой пакет акций и получает инвестора-партнёра, чьи деньги пошли на развитие бизнеса. Чем успешнее бизнес, тем выше капитализация — от этого выигрывают и основатель, и новый акционер. Интересы совпадают. В cash-out IPO основатель продаёт часть своих акций и получает кэш. Новый акционер получает долю в компании, которая не стала ни на копейку богаче. Основатель заинтересован в том, чтобы продать дороже — то есть накрутить оценку перед размещением и продать на максимуме. После сделки его мотивация поддерживать высокую цену акций снижается пропорционально доле проданного пакета. Статистика российского рынка показывает это различие предметно. По подборке из 21 IPO 2023–2024 годов, структурированных в открытых проспектах, средняя доходность за 12 месяцев после листинга составила: — для сделок, в которых cash-in превышал 70% +24,3%; — для сделок 50/50 +4,8%; — для сделок с cash-out более 70%, минус –12,7%. Это эмпирика одного конкретного рынка за ограниченный период, и универсальной закономерности из неё делать нельзя. Но тренд согласуется с международной статистикой. Исследование Ritter (2023) по 1500 американским IPO 2010–2022 годов показывает: доходность cash-out-сделок на 14 процентных пунктов. Сколько процентов денег от размещения идёт в компанию, и сколько — в карман существующих акционеров? Эта информация всегда есть в разделе проспекта «Направления использования денежных средств» или в условиях размещения (pricing statement). Если в проспекте указано: «Полученные средства будут направлены на финансирование инвестиционной программы, погашение долга, общекорпоративные цели» — это cash-in. Если указано: «Средства будут направлены продающим акционерам» — это cash-out. Если сказано «частично в компанию, частично продающим акционерам», нужно смотреть процентную разбивку. Она всегда есть, её обязан раскрыть эмитент по 39-ФЗ. Если основатель продаёт 5% своего пакета из 60%, у него остаётся 55%, его интерес в бизнесе сохраняется. Если основатель продаёт 40% из 60% и остаётся с 20% — его интерес сильно ослабел. Если ранние венчурные инвесторы выходят в ноль — это нормально, они всегда так делают на стадии IPO. Но важно понимать, кто остаётся в капитале после сделки.

Понедельник. 16 января 2023 года. Мой друг Валера, полное имя Валерий Аркадьевич Плешивый, сидит у себя в квартире на Остоженке, в халате и тапочках, пьёт кофе и смотрит в терминал. Напротив сидит его помощница Галя, юрист по образованию, двадцать восемь лет, хорошая девочка, работает у Валеры уже четыре года и всё про него знает. Включая то, что он никогда не читает проспектов эмиссии. — Галя, — говорит Валерий Аркадьевич, глядя в монитор. — Галя, у нас уголь. — Какой уголь, Валерий Аркадьевич? — спрашивает Галя, не отрываясь от своего ноутбука. — Р-А-С-П-А-Д-С-К-А-Я! Двести сорок два рубля! Смотри какая красота! — И чё, Валерий Аркадьевич? — Галя, на сайте РЖД, в разделе «пресс-служба», в таблицах «грузооборот по видам», вышла статистика за первую неделю января. Уголь на Восточный полигон — плюс четырнадцать процентов к прошлому году. Смекаешь? — Валерий Аркадьевич, а вы откуда РЖД читаете? Вы же вчера говорили, что РЖД — это «самое скучное место на земле». — Галя, сей источник — для умных людей. Пока все физики из Т-Инвестиций листают Telegram-каналы, я читаю то, что они не читают. И именно поэтому я поеду летом на Сардинию, а они поедут на дачу. Галя поднимает глаза от ноутбука. Валерий Аркадьевич смотрит на неё и плкупает акции по 242 рубля. — Галя! — кричит Валерий Аркадьевич . — Что, Валерий Аркадьевич? — Распадская двести пятьдесят восемь! За четырнадцать дней плюс семь процентов! Плюс купон! (Валерий Аркадьевич всегда прибавляет «плюс купон», даже когда говорит про акции.) — Валерий Аркадьевич, у акций нет купона. Купон у облигаций. — Галя, ты душнила. Не порть мне настроение. Теперь — чисто по-серьёзному, без Гали и без Валеры Плешивого. Распадская выросла в первом квартале 2023 года не только из-за угля на Восточном полигоне. Уголь на Восточном полигоне — это один из полудюжины сигналов, которые сошлись в январе 2023-го в одной точке. Но уголь был первым из сигналов, который стал публичным. Раньше падения рубля. Раньше Мечела. Раньше выдуманных дивидендных ожиданий. Раньше ралли рынка. А это и есть суть опережающего индикатора. Он не предсказывает исход. Он предсказывает разворот в секторе. В некоторых секторах опережающие индикаторы работают лучше, чем в других. Уголь, нефть, металлы, удобрения — там грузооборот, экспортная статистика и мировые цены дают сильный прогноз, потому что бизнес плотно завязан на физические объёмы. Как понять что вырастут еще и цены? Да никак, мы ж не Ванги. Галя в конце марта 2023 года, кстати, купила себе новое платье. На зарплату, а не на бирже — она на бирже не играет. Платье оказалось дороже, чем Валерий Аркадьевич заработал на «Распадской». Но это, в общем-то, и не важно.

В 1969 году каталог Sears приходил в каждый американский дом. Книга толщиной в Библию. Внутри было все что можно купить, от детской коляски до охотничьего ружья, от швейной машинки до мотороллера. В разделе «одежда» — триста страниц, в разделе «инструменты» — двести. Через каталог Sears американцы заказывали даже сборные дома — и им их привозили на железнодорожной платформе в пятидесяти ящиках. «Надёжно, как Sears», — говорили старики в США. Компании было 83 года. Она пережила две мировых войны, Великую депрессию, Корейскую войну, лунную программу. 3500 магазинов. 160 тысяч работников. В 2005-м акция стоила 120 долларов. И вот тут появился Эдвард Скотт Лэмперт, бывший аналитик Goldman Sachs. Основатель хедж-фонда ESL Investments, под управлением $18 миллиардов. Его называли «новый Баффет». На Уолл-стрит ему завидовали: в 2004 году Лэмперт заработал 1 миллиард — больше, чем кто-либо из хедж-фандов за историю. В 2003 году он взял под контроль разваливающийся Kmart. В 2005-м слил его с Sears и получил Sears Holdings. Он видел в этой сделке классический value: низкий P/E, балансовая стоимость вдвое выше рыночной, а главное, недвижимость. Sears владела землёй и зданиями магазинов по всей Америке. Капитализация слитой компании была $18 миллиардов. Получалось, что Лэмперт купил весь бизнес дешевле, чем стоят одни только стены и крыши. «Я покупаю доллар за пятьдесят центов», — говорил он на инвесторских собраниях. Баффет говорил так же, только на пятьдесят лет раньше. Прошло тринадцать лет. В октябре 2018 года Sears Holdings подала заявление о банкротстве. Акция стоила 18 центов. От 3500 магазинов осталась 21. От 160 тысяч работников — 68 тысяч уволены, остальным задолжали зарплату за три месяца. Что пошло не так? Каталог Sears умер, когда появился Amazon. Магазины Sears умерли, когда появился Walmart. Покупатели Sears умерли в буквальном смысле, это были люди 1935 года рождения, и к 2015-му их стало сильно сильно меньше. Его друг, управляющий хедж-фондом Брюс Берковиц, в 2009 году тоже купил большой пакет Sears по той же логике — «за пятьдесят центов доллар». Берковиц потерял около 3 миллиардов. В 2017-м он писал инвесторам своего фонда: «Я ошибался. Sears оказалась не value, а value trap. Между ними разница в одной букве и в миллиардах». Value trap это компания, которая выглядит дёшево по всем мультипликаторам, но цена её акции не растёт и не собирается расти. Потому что внутри либо разрушается бизнес (как в Sears), либо что-то блокирует распределение стоимости акционерам. Настоящий, хрестоматийный, безупречный value trap в России это Сургутнефтегаз. И держится он в этом статусе уже много лет. Сургут добывает где-то 11% всей российской нефти. Это шестая по добыче компания страны. Президентом является Владимир Леонидович Богданов, 75 лет, руководит с 1984 года. Сорок два года на одной должности. Никто уже не помнит, как компания выглядела без Богданова. Сургутнефтегаз добывал нефть, получал за неё долларовую выручку и складывал эту выручку в долларовые же депозиты десятилетиями. К 2024 году накопленная долларовая кубышка компании составила порядка $60 миллиардов. По курсу 2024 года — около шести триллионов рублей. Для сравнения: вся капитализация Сургутнефтегаза на обычку в те же годы — 1,2–1,4 триллиона рублей. То есть одна кубышка стоит в пять раз дороже самой компании. Классический value в чистом виде. Любой западный учебник по фундаментальному анализу скажет: «Покупайте немедленно. Это распродажа эпохи». Владельцы обыкновенных акций — то есть те, кто теоретически контролирует компанию через голосование, — не получают от этой кубышки ни копейки. Она лежит. Никто её не планирует распределять. Никаких buyback, никаких спецдивидендов. Компания просто хранит $60 миллиардов на депозите и смотрит, как акция болтается в диапазоне 22–40 рублей второе десятилетие подряд. Это и есть российский value trap образца XXI века. На этой неделе ленивец почти все дни заменяет нам ежика.

Весной 2000 года Стив Ти, 34-летний программист из Сан-Хосе, продал свой дом. Не потому что переезжал а потому что хотел вложить ещё 340 000 долларов в акции интернет-компаний. Он уже заработал 180% за полтора года и был уверен, что худшее позади — рынок только набирает обороты. Через три недели после сделки рынок начал падать. Nasdaq потерял 78% за следующие два с половиной года. Дом Стива Ти был продан, деньги испарились, а сам он снимал комнату в Окленде у двух незнакомых людей. Чтобы понять, как это произошло, нужно вернуться немного назад — в 1994 год, когда интернет был чем-то вроде диковины для учёных и студентов. В том году Марк Андриссен выпустил браузер Netscape. Обычные люди впервые увидели веб-страницы. И у части из них что-то загорелось в глазах. К 1996 году венчурные фонды Кремниевой долины уже вкладывали деньги в любую компанию с буквами «.com» в названии. Бизнес-модель не требовалась. Достаточно было идеи и красивой презентации. Надо сказать, атмосфера тогда была особенная. Не жадность — это слово слишком простое. Скорее — коллективный транс. Ощущение, что старые правила больше не работают, что мы живём в новой экономике, где прибыль не нужна — нужен только рост. Были и те, кто видел иначе. Джереми Грэнтэм, управляющий фондом GMO в Бостоне, начал предупреждать клиентов об пузыре ещё в 1997 году. Его не слушали. Клиенты уходили к конкурентам, которые показывали доходность по 50–60% в год. К 1999 году Грэнтэм потерял треть активов под управлением — люди просто забирали деньги и несли их туда, где «всё растёт». «Я был прав, но разорился раньше, чем рынок успел это подтвердить», — говорил он потом. Когда пузырь лопнул в марте 2000-го, те же клиенты вернулись. Фонд GMO пережил кризис с минимальными потерями. Грэнтэм стал легендой. Но к тому времени многие из тех, кто его не слушал, уже потеряли всё. Что именно стало спусковым крючком — до сих пор спорят. Одни называют решение ФРС поднять ставки шесть раз подряд между 1999 и 2000 годом. Вторые говорят просто: кончились покупатели. Все, кто хотел войти, — уже вошли. 10 марта 2000 года Nasdaq достиг отметки 5 048 пунктов. Через год — 1 923. Через два — 1 114. 280 компаний из числа тех, что проводили IPO в 1999–2000 годах, обанкротились в течение двух лет. И всё же история доткомов — не история глупости. Это история очень человеческой вещи: желания не опоздать. Маргарет Дэвис, 58-летняя учительница из Портленда, вложила в 1999 году 60 000 долларов — свои пенсионные накопления — в фонд, ориентированный на технологические акции. «Все мои коллеги делали то же самое», — говорит она. Пузырь доткомов не был аномалией. Он был очередным звеном в цепи, которая тянется как минимум с 1637 года — тюльпановая лихорадка в Голландии, железнодорожный бум 1840-х в Британии, земельный пузырь во Флориде в 1920-х, японская недвижимость конца 1980-х. Сначала появляется реальная идея и она действительно хорошая. Интернет существует. Тюльпаны красивы. Железные дороги меняют мир. Потом цена отрывается от реальности потому что все видят потенциал, но никто не спрашивает: «А сколько это стоит на самом деле?» Потом приходят те, кто покупает не идею, а движение цены. А потом кончаются покупатели. Сегодня куча компаний еще до IPO из сегмента ИИ имеют астрономические оценки. Это не значит, что есть пузырь. Искусственный интеллект — реальная революция, не меньше интернета в 1994-м. Но именно так говорили и про интернет в 1997-м. Стив Ти из Сан-Хосе через несколько лет снова встал на ноги. Он вернулся в программирование, откладывал понемногу, купил небольшую квартиру. На рынок больше не возвращался — говорит, что хватит. Джереми Грэнтэм в свои 85 лет до сих пор управляет деньгами. И до сих пор предупреждает об очередном пузыре. Его снова не очень слушают. Маргарет Дэвис на пенсии. Выращивает розы в Портленде. На вопрос, следит ли она за рынком, отвечает: «Иногда смотрю, но уже не покупаю акции". Ежик со след недели уходит в отпуск, ему на замену придет Ленивец.

Весной 2022 года Игорь, инженер-технолог из Липецка, работавший на НЛМК 8 лет, купил акции комбината. Он видел завод изнутри: мощности загружены, сталь уходит. P/E был низким, дивиденды до санкций были щедрыми. Ну куда надёжнее. Потом экспорт закрылся. Европейские покупатели ушли. Внутренний рынок не мог поглотить объёмы. Акция упала. А далее упал спрос во всем мире и продолжает охлаждаться. — Я знал про завод всё, кроме одного: завод это не акция— говорит Игорь.. Именно в этом и состоит главная ловушка циклических компаний. Ты можешь понимать бизнес лучше любого аналитика — и всё равно купить не в то время. Купить в то время вообще проблема и в целом это невозможно. Большинство инвесторов думают так: P/E низкий — акция дешёвая — покупаем. Это неразумно. В 2021 году, когда мировые цены на горячекатаный прокат перевалили за 1 100 долларов за тонну — исторический максимум — Северсталь, ММК и НЛМК показывали P/E в диапазоне 4–6. По любому скринеру — дёшево. По любому учебнику — покупай. Но мультипликатор не учитывает спрос или цену продукции. Когда цены на сталь упали вдвое, прибыль упала вместе с ними. P/E улетел в 20+ а у некоторых компаний перестал считаться вообще. Буква E исчезла. Как устроен цикл Северсталь, ММК, НЛМК это не просто «сталелитейные заводы». Это конвейер, на одном конце которого железная руда и коксующийся уголь, а на другом арматура для строек, листовой прокат для автомобилей и труб. Цикл начинается на товарных рынках. Когда Китай, крупнейший производитель стали в мире, 50% мирового объёма — начинает наращивать выпуск, мировые цены падают. Когда американская или европейская администрация объявляет масштабную инфраструктурную программу — спрос на сталь растет. Когда строительный рынок в России охлаждается из-за высоких ставок — внутренние цены на арматуру снижаются. Всё это происходит за 6–12 месяцев до того, как изменения отразятся в квартальном отчёте!! Отчет это всегда прошлое, многие забывают про это. — Я смотрел на отчётность, а надо было смотреть на Китай.— говорит Игорь. Что смотреть вместо мультипликаторов? Нам нужен другой тип данных. Первый это спотовые цены на горячекатаный прокат. Это реальная цена продукции, а не квартальный лаг. Второй это цены на железную руду и коксующийся уголь. Это себестоимость. Если прокат дорожает, а руда дорожает быстрее — маржа сжимается, даже если выручка растёт. Спред между ценой проката и стоимостью сырья — вот что важно. Третий — Китай. Объём производства стали в КНР, уровень запасов на китайских складах, экспортные квоты — всё это опережающие индикаторы. Когда Китай «сбрасывает» дешёвую сталь на мировые рынки, мировые цены проседают. Данные публикует China Iron & Steel Association. Четвёртый — внутренний спрос. Для ММК и для внутреннего бизнеса остальных компаний ключевой индикатор — объёмы ввода жилья и государственные инфраструктурные программы. Когда ЦБ держит ставку высокой, ипотека дорогая, строительство замедляется, спрос на арматуру падает. Почему это трудно Есть одна проблема с покупкой циклических акций на дне цикла. В этот момент всё выглядит плохо. Новости плохие, прибыль низкая или отрицательная, аналитики снижают прогнозы. Инвесторы заходят, когда всё хорошо. Когда прибыль рекордная, дивиденды щедрые, P/E низкий и кажется, что так и будет. Металлурги — это не история про «найти хорошую компанию по хорошей цене». Это история про «найти нормальную компанию в плохой момент цикла». Игорь сейчас снова держит акции НЛМК. Купил другой точкой входа, с другой логикой. — Завод тот же, а я другой — говорит он.

— Смотри, — говорит аналитик коллеге, листая скринер. — ВТБ. P/B равен 0,3. То есть рынок оценивает банк втрое дешевле его капитала. По любому учебнику просто берёшь и поднимаешь деньги которые тупо лежат на земле. — Ну да, — кивает коллега. — Именно это и говорят все последние... пятнадцать лет подряд. — И что, никто не поднял? — Некоторые пробовали. Они до сих пор там стоят. Нагнувшись. Вот в этом и состоит прекрасная особенность сравнительного анализа как метода. Он безупречно работает в теории. На практике же периодически приводит человека к ситуации, когда он покупает дешёвое барахло. Но обо всём по порядку. Что такое сравнительный анализ и почему его так любят Идея, в общем-то, здравая. Берёшь компанию, смотришь, сколько платит рынок за рубль её прибыли (P/E), за рубль выручки (P/S), за рубль капитала (P/B). Сравниваешь с конкурентами. Видишь, что одна компания торгуется по P/E=5, а все остальные по 12 — и думаешь: супер, недооценочка подошла. Метод любят за простоту. Открыл скринер, нажал «сортировать по P/E», выбрал самое дешёвое, закрыл скринер, пошёл есть. Инвестирование за двадцать минут. Беда начинается здесь. Сравнительный анализ отвечает на вопрос «сколько стоит?» но не может ответить на вопрос «почему столько стоит?». Как рынок вас предупреждал, а вы не слушали Допустим, компания А торгуется с P/E = 4 при среднеотраслевом 10. Вы открываете учебник, там написано «недооценена». Вы покупаете. И... ничего не происходит. Год. Два. Три. Это и есть value trap, так называемая ловушка стоимости. Компания не «временно недооценена рынком». Компания дешёвая, потому что рынок в курсе ее проблем. Он посчитал, посмотрел, подумал и решил столько не платить. По причинам, которые вы, возможно, не заметили. Даже так: точно не заметили Причин обычно несколько. Менеджмент уничтожает акционерную стоимость. Отрасль деградирует, товары пользуются меньшим спросом и спрос будет падать. Долг накоплен в таких объёмах, что вся операционная прибыль уходит на проценты. Или корпоративное управление устроено так, что миноритарий в компании никто и звать его никак. Приведу пример. Мечел: шедевр жанра Мечел это горнодобывающая и металлургическая компания, которая на протяжении многих лет является образцовым экспонатом в музее value trap. По EV/EBITDA она периодически выглядит «дёшево». По любым другим метрикам, Net Debt/EBITDA больше 10, коэффициент текущей ликвидности 0,2, кэша практически нет, это зомби, который продолжает ходить исключительно потому, что банки не хотят фиксировать убытки. Это не шутка, так заявил менеджмент ВТБ. — Да он же дёшев! — восклицает начинающий инвестор. — Конечно дёшев, — отвечает рынок. — Ты бы тоже дёшево продавал человека, у которого долгов на 20 годовых зарплат, а зарплата падает уже 11 лет. Почему метод всё равно нужен — но как один из Чтоб вы не решили, что сравнительный анализ — мусор, который нужно выкинуть: он нужен. Просто он отвечает только на первый вопрос из трёх. Первый вопрос: дёшево ли? (мультипликаторы говорят да или нет) Второй вопрос: почему дёшево? (здесь нужны менеджмент, отрасль, долговая нагрузка, корпоративное управление) Третий вопрос: есть ли причина, по которой станет дороже? ВТБ дёшев. Газпром дёшев. Самолет дёшев. Все они дёшевы по одной и той же причине: люди, которые разобрались лучше вас, посмотрели и решили не покупать. Иногда они ошибаются. Тогда это называется «блестящая инвестиция в недооценённый актив». И это подтверждает логику того что рынок неэффективен. Но чаще - не ошибаются. Как отличить одно от другого? Как говорили в том анекдоте: работать надо, вот этими самыми ручками, паахаааать.

Андрей Соколов работает аудитором 9 лет. Говорит, что именно это его и подвело на рынке. — Я умел проверять отчётность на соответствие стандартам. Это не то же самое, что понимать, что в ней спрятано. Разница стала понятна в 2021 году, когда Андрей держал облигации Обуви России. Отчётность выглядела нормально: выручка росла, прибыль была, рейтинг ruBBB+. На первый взгляд приличный эмитент. Но в отчётности за 2018 год было кое-что ещё. Запасы обуви на складах выросли на 57% — при росте выручки всего на 7,5%. К 2021-му среднегодовая стоимость запасов достигла 16,5 млрд рублей при выручке 8,2 млрд. То есть на складах лежало обуви вдвое больше, чем компания продавала за год. Оборачиваемость запасов превысила 700 дней каждая пара в среднем ждала покупателя почти два года. Свободный денежный поток был отрицательным с 2018 года. Компания тем временем начала выдавать микрозаймы собственным покупателям, выручка от этого направления в первом полугодии 2019-го выросла на 27%. Обувь переставала продаваться а займы её заменили. В январе 2022-го — технический дефолт по облигациям. Потом ещё один. Потом банкротство. Вот несколько мест, куда нужно смотреть, чтобы не попасть в такую бооольшую проблему. 1. EBITDA — проверяй, не врёт ли она. Есть компании, которые переводят текущие расходы в категорию «капитальных вложений». Логика простая: капитальные расходы не уменьшают EBITDA сразу, они списываются через амортизацию годами. Значит, прибыль сегодня выглядит лучше, чем есть. Группа $POSI один из самых ярких примеров последнего времени. Важно, что это неплохая компания и конечно она не банкротится, а приведена тут ради примера. Отчётная EBITDA за три месяца, заканчивающихся 31 марта 2025 года, — плюс 1,311 млрд рублей. Но если скорректировать на капитализированные расходы, расходы на персонал (1,298 млрд) и профессиональные услуги (368 млн) то получается EBITDAC: минус 2,091 млрд рублей. Три с половиной миллиарда разницы. Между тем, что компания показывает, и тем, что происходит на самом деле. Что делать? Найди в отчётности строку «Капитализированные расходы». Посчитай EBITDAC сам. Это занимает пять минут. В основном встречается в айти компаниях такая тема. 2. Прибыль есть — денег нет Самый распространённый и самый игнорируемый сигнал. Компания С-Принт $RU000A1098H9 в 2024 году: выручка выросла на 33%, прибыль от продаж — на 89%, чистая прибыль — на 24%. Открываешь отчёт о движении денежных средств: CFO упал с минус 130 млн до минус 366 млн рублей. Компания зарабатывала на бумаге и теряла деньги в реальности. Дефолт предсказуем. Отчёт о движении денежных средств это единственный документ, который сложнее нарисовать. Прибыль можно скорректировать, резервы можно подтянуть. Деньги либо есть, либо нет. Правило: прибыль растёт, CFO падает — не покупай, пока не получил разобрался в причинах. 3. Аудитор сказал «обратите внимание», значит обрати внимание. Большинство инвесторов читают аудиторское заключение по диагонали. Но между «чисто» и «чисто, но» есть огромная разница. $MGKL . Аудитор Эксперт РА пишет: Крайне высокий уровень корпоративных рисков. Основное давление на рейтинговую оценку оказывает ряд непрозрачных сделок M&A, часть из которых носит признаки отсутствия экономической обоснованности. Аудитор не говорит «здесь ошибка». Он говорит «здесь неопределённость, и мы смотрели на это особо». 4. Деньги уходят не туда $EUTR : объём расчётов со связанными сторонами оказался несопоставимо высоким. Что искать: займы по ставкам ниже рыночных, платежи за «услуги» структурам владельца, объём сделок, сопоставимый с операционной прибылью. Помните: Компании рассчитывают что вы не будете разбираться, и будете продолжать хавать условный Евротранс. Но однажды рынок придет к равновесию и оценит компанию справедливо ее поведению и ее финансам.

Представим что вы купили интересные растущие компании. Пусть это будет «Самолёт» и «Евротранс». Это даже не портфель, это уже скорее музей решений, принятых в состоянии повышенного оптимизма. Но в оптимизме нет ничего плохого. Оптимисты живут дольше, но если только они не идиоты. Давайте я расскажу вам, как выглядит внутренний монолог инвестора в такой ситуации. Я не выдумываю — я слышал его сотни раз в разных вариациях. Значит, акция упала на 40%. Инвестор смотрит на экран. «Ничего страшного», — думает он. «Временная коррекция. Фундаментал не изменился». Акция падает до минус 60%. «Ну, сейчас вообще выгодно докупить». Падает до минус 80%. «Продавать уже нет смысла, столько потерял». Падает ещё. «А вдруг отскочит прямо сейчас, именно в момент, когда я продам?» Это называется «стадии принятия убытка». Их, как известно, пять. Denial, anger, bargaining, depression, и наконец письмо в поддержку брокера с просьбой закрыть счёт:D это была красивая история. Льготная ипотека под 6–7% при рыночной ставке в 12–15%, что может быть лучше? Очередь, само собой, выстраивалась немаленькая. «Самолёт» в этих условиях рос как на дрожжах, занимал деньги, покупал земли. Аналитики ставили целевую цену 5 000 рублей. Инвесторы несли деньги. А потом ключевую ставку подняли до 21%. Льготную ипотеку сильно видоизменили. Это, ребята, называется «слом инвестиционного тезиса». Условия, при которых бизнес развивался исчезли. — другое кино, но жанр похожий. Компания вышла на IPO в ноябре 2023 года по 250 рублей. Сеть АЗС, дивиденды обещали щедрые, история понятная — бензин же все заливают, куда денется. Розничные инвесторы купили с удовольствием. Потом пришли люди с калькуляторами. Стали смотреть отчётность. И начали задавать неприятные вопросы — а именно: откуда, собственно, деньги на эти дивиденды, если свободный денежный поток выглядит как-то никак? Нет, дивиденды это дело хорошее. Но дивиденды из воздуха это уже другой жанр. Рынок услышал вопросы. Сделал выводы. Акции ушли на 60% вниз от IPO. Теперь — что делать с этим добром в портфеле. Есть проверенный способ понять, стоит ли держать убыточную позицию. Называется «тест новой покупки». Звучит просто: представь, что у тебя нет этой акции. Совсем. И тебе сейчас предлагают её купить по текущей цене, с текущими перспективами, с текущим долгом и текущей ставкой. Купишь? Если ответ «нет» — поздравляю, ты только что объяснил себе, почему эта акция ещё в портфеле. Не потому что она хорошая. А потому что ты в неё уже вложил и теперь боишься признать, что ошибся. Рынку на твои вложенные деньги — фиолетово. Он не знает, что ты брал «Самолёт» по 4 100. Акция по 700 рублей живёт своей жизнью, совершенно не интересуясь твоей точкой входа и твоими переживаниями. Самое ужасное в этой ситуации - это логика «продавать уже поздно». Значит, минус 83%. Человек думает: «Ну и зачем продавать, уже всё потеряно». Но вот оставшиеся 17% от первоначальной суммы это реальные деньги. Чтобы вернуть минус 83% через рост «Самолёта» - акция должна вырасти на 488%. От текущих значений. При текущей ставке. При текущем долге. При текущем рынке недвижимости и текущих вводных. Это не невозможно. Это просто очень долго и очень неочевидно. А альтернативные идеи существуют прямо сейчас. В конце концов - чем это лучше по 0,7 капитала к концу года? Иногда самое умное инвестиционное решение выглядит так: открыть приложение, нажать «продать» и пойти заварить чай.

Однажды я увидел в комментариях дискуссию о том, как один человек заработал на бирже 15% годовых и ходил по Интернету павлином. Ребята и девушки, ну прекрасно же. Пятнадцать процентов. Деньги заработаны, жена довольна, можно идти в ресторан. Но вот какая штука. Если за тот же период рынок вырос на 25 % - то наш гордый инвестор, по сути, проиграл. Проиграл рынку. Проиграл индексу. Проиграл бенчмарку, если совсем уж по-умному выразиться. Ибо бенчмарк – это эталон, с которым сравнивают результат стратегии. Чаще всего это индекс. Индекс Мосбиржи, S&P 500 – в зависимости от того, куда ты вложился. У наиболее честных перед самим собой работяг - Индекс Мосбиржи полной доходности. Простыми словами: бенчмарк – это конкурент, с которым ты бежишь рядом. Если рынок тебя обогнал – значит, ты бежал хуже рынка. И все твои 15 % идут, простите, по одному месту. А вот если ты сделал 12%, а рынок – только 3%, то поздравляю. Ты обогнал бенчмарк. И тут, конечно, возникает вопрос – а как, собственно, честно посчитать этот обгон? Прекрасное слово - Альфа; Альфа учитывает доходность стратегии, доходность бенчмарка и волатильность – то есть, насколько тебя колбасило по дороге. И на выходе даёт среднюю «избыточную» доходность на единицу риска. Если ты шёл к цели стабильно и обгонял индекс даже в нестабильные периоды – альфа будет высокой. Дабы понять, хороша ли стратегия по-настоящему, надо смотреть не на цифру в конце, а на то, как к ней шли. Насколько стабильнее или рискованнее, чем рынок. Качественные авторы – как раз те, кто регулярно и устойчиво обгоняет свой бенчмарк. Не один месяц, не один квартал. А на дистанции.

Однажды я наблюдал за дебилизмом в инвестиционном сообществе. Не то чтобы мне это было непривычно - скорее, наоборот, дебилизм давно стал фоновым излучением, к которому организм адаптировался. Но иногда случаются особо яркие вспышки. Вспышка первая. Демура сообщил тут давеча, что Усть-Луге кранты. Ну, и само собой скоро за Калининград возьмутся геополитические враги. Быть блогером-пророком апокалипсиса - это, пожалуй, самая лёгкая работа на свете. Легче, чем у дворника. Дворнику хоть метлу держать надо. Схема простая. Каждый день говоришь, что всё рухнет. Если рухнуло - ты гений. Если не рухнуло - ну, значит, рухнет завтра. Послезавтра. Через месяц. Рано или поздно что-нибудь действительно бахнет - ибо жизнь штука такая, бахает регулярно - и ты такой Демуристый выходишь в белом пальто, и говоришь: я же предупреждал. Метод, к слову, прекрасно работает последние пару лет, ибо поводов для нервов было много. Но долгосрочно это конечно туфта полная. Вспышка вторая. Транснефть. Есть отчёт. Есть чёткая формула расчёта дивидендов. Бери калькулятор, открывай глаза, считай. Три человека с калькуляторами посчитали дивиденд 200 с лишним рублей. (Олег, Атлант - спасибоси) А что выдали аналитики из инвестиционных домов? Синара - 185. СберИнвестиции - 180-185. Эйлер - 180. Консенсус избушек - 186. Формула открытая, данные в отчёте свежие и по ним все считается, схема выплаты известна. Арифметика 4 класса. Но аналитики из контор с мраморными полами и кофемашинами за полмиллиона рублей умудрились насчитать меньше, чем три мужика с обычными калькуляторами. Как это возможно - ровным счётом непонятно. Хотя, если вдуматься, очень даже понятно. Ибо когда ты работаешь в избушке, ты не можешь написать цифру, которая сильно отличается от цифры твоего коллеги из соседней избушки. Потому что на тебя косо посмотрят. Начальник спросит — а чо это ты такой умный? А вдруг ошибёшься? А вдруг клиенты не так поймут? И ты, дабы не выделяться, пишешь 180-185, как все нормальные люди. А три человека, которым плевать на мнение сообщества о себе, берут и считают правильно. Лучше быть неправым, но в стае, чем правым, но одному. Я много лет наблюдаю за этим явлением, и каждый раз удивляюсь. Казалось бы, профессия аналитика предполагает анализ. Не копирование соседней избушки, не усреднение а, собственно, работу с цифрами. Но нет. Выделяться страшно. А вдруг засмеют. А вдруг не так. А вдруг.

🫥 От минора до мажора — какие права есть у акционеров? Представим ситуацию — вы купили одну акцию любимой компании. И резко захотели провести внеочередное собрание акционеров. Получится ли? Кажется, что нет (👍). Разберемся, как именно размер пакета обыкновенных акций определяет возможности инвестора. 1 акция: Здесь вы обладаете довольно небольшим спектром возможностей. Вы можете голосовать на общих собраниях акционеров, обладать правом на получение дивидендов (если они вообще будут ☠️), а также рассчитывать на получение компенсации в случае ликвидации компании. 1%: Первый этап пройден — теперь вы можете запрашивать у компании информацию о крупных сделках, сведения о результатах аудита системы управления промышленной безопасностью и отчеты оценщиков об оценке имущества. А также протоколы совета директоров и записи трансляций заседания общего собрания акционеров. Еще вам станет доступен реестр акционеров компании. 2%: У вас появляется возможность внести вопросы в повестку дня годового заседания общего собрания акционеров и предложить своих кандидатов в совет директоров компании (становится немного интереснее 😑). 10%: Мечта из начала поста сбылась! Теперь вы можете созвать внеочередное заседание общего собрания акционеров — и оно должно быть проведено в течение ближайших 40 дней (или 75, если вопрос состоит в избрании кого-то в совет директоров). Также вы можете требовать внеплановых проверок финансово-хозяйственной деятельности компании. 20%: Здесь появляются первые сложности. Для того, чтобы выкупить 20% акций компании, необходимо получить разрешение от ФАС. Для чего? Узнаем дальше. 25% + 1 акция: Теперь вы являетесь владельцем блокирующего пакета акций. И можете блокировать решения общего собрания акционеров. В случаях, когда контрольный пакет не консолидирован в одних руках, владелец блокирующего пакета имеет возможность проводить собственные решения. Вдобавок вы получаете возможность запрашивать документы бухгалтерского учета и протоколы заседаний правления. 50% + 1 акция: Контрольный пакет акций в ваших руках! 👊 Вы имеете право определять стратегию развития компании, направление ее деятельности. А еще допэмиссии и дивиденды. 75% + 1 акция: Фактически, теперь в компании не существует блокирующего пакета. И если вы захотите принять какое-то решение, то другие акционеры не смогут его отменить. Вы одержали победу в этой схватке! 🤪 95% + 1 акция: В случае делистинга вы имеете право выкупить оставшиеся 5% у других инвесторов, и те не смогут отказаться их продать 😈. Цену выкупа определяет оценщик. При этом, она не может быть ниже средней цены за последние 6 месяцев. Как правило, перед делистингом компания делает все, чтобы её котировка пробила дно. P.S. Также покупатель обязан выставить оферту акционерам, когда пересекает долю в 30%, 50% и 75% компании. Но это уже не про права, а про обязанности.

Евротранс и волшебный капекс. Коллеги, давайте посмотрим на капитальные затраты Евротранса. 2023 год - капекс 9,8 млрд рублей. Здания 3 млрд, оборудование 3 млрд, неотделимые улучшения арендованных объектов 3 млрд. Соотношение зданий к оборудованию - 1:1. Сбалансированно. Окей, живём. 2024 год - капекс 14,1 млрд рублей. Здания - 11,8 млрд. Оборудование - 1,5 млрд. Улучшения - 0,8 млрд. Соотношение зданий к оборудованию - 8:1. 1 полугодие 2025 - капекс уже 8,4 млрд за полгода. Здания 5 млрд, оборудование 0,3 млрд. Улучшения 1,3 млрд. Соотношение зданий к оборудованию - 17:1. За полтора года капекс в здания вырос в четыре раза. Капекс в оборудование упал в десять раз. Это сеть АЗС. Там колонки, резервуары, системы налива, электрозарядки. И вот что прекрасно: за весь 2024 год компания открыла две новые станции. Ещё четыре в стройке. Шесть станций максимум - при 11,8 млрд рублей в статье «здания». По два ярда на станцию? Это не АЗС, это дворцы Версаля. При этом кто строит - мы не знаем. Подрядчики по строительству в отчётности не раскрыты. Нет имён, нет условий, нет подтверждения что тендеры вообще проводились. Зато сам Евротранс оказывает услуги по проектированию и строительству АЗК - это у них прямо в описании бизнеса написано. То есть стройкомпетенция внутри группы есть. Стройка вообще любимый инструмент для такого дела. Подрядчик свой, сметы свои, акты подписывает кто надо. Проверить реальную стоимость задача нетривиальная даже для аудитора. А уж для миноритария, который видит 11 млрд расходов на новую стройку - вообще невозможная. Рейтинги 13 марта АКРА отозвало кредитный рейтинг Евротранса. По инициативе самой компании. Это разрешено. Но зачем отзывать рейтинг добровольно? 19 марта - технический дефолт по «народным» облигациям. Компания не заплатила держателям в срок. Списали на «технический сбой при фиксации даты платежа». У компании с выручкой 187 млрд рублей не нашлось человека, который бы дату в календаре правильно записал. Компания льёт 14+ млрд в год в капекс, из них почти всё - в «здания». Оборудования при этом покупает на копейки. Подрядчиков не раскрывает. Новых станций открывает по две штуки в год. Рейтинг ruC. Я конечно не обвинитель, и выражаю лишь свое мнение. И буду очень рад если инвесторы ничего не потеряют, бизнес будет развиваться и все будет хорошо. Но мое нутро говорит что через статью «здания» деньги уходили в неизвестном направлении. В отрасли нормальное соотношение зданий к оборудованию для АЗС - примерно 1:1 или около того. Евротранс в 2023 году это подтверждал - у них самих было 1:1. А потом что-то произошло и стало 8:1, а потом 17:1. Что именно произошло? ответов я не нашел ни в одном их эфире. Рейтинговые агентства давали хорошие оценки. Но рейтинг A- означает «компания скорее всего вернёт долг». А когда компания перестала возвращать долг - выяснилось что и рейтинг был так себе. Понижение на 12 строчек рейтинга - цирк же. Если вы лично работаете в рейтинговом агентстве и считаете что я не прав и это норма - расскажите почему. Я тут размышляю с точки зрения простого физика/обывателя.

Диверсификация вредна для мелких счетов. И для тех кто не знает как ее юзать. Это я говорил. И стою на своём. Купил и молись это крутой стиль, (с плечами особенно работает, уверенно заявляю, особенно когда уже мк прошла) Часто вижу такие портфели где разбавили Роснефть Лукойлом и называют это защитой. Реальная защита это когда: • Понятно на кой купил • Понятно на кой держишь • Понятно чего ждешь • Понятно когда будет продажа. Твердо и четко, ага) Я беру мало бумаг в стратегии. Потому что если одна выросла на 50% а у тебя их 20, твой портфель вырос на 2,5. Риск-менеджмент у меня выглядит примерно так: просто. не покупай херню в портфель. А если купил, четко осознавай это, и будь аккуратен. Это честнее чем стопы и тейки нарисованные красивыми линиями поверх теханализа который даж обсуждать не хочется, ересь несусветная данная нам дьяволом. А добро оно в цифрах. Краткосрочно цена может быть любой. Позвонил Путин Трампу - гойда. Зеленский что-то сказал - антигойда. Орешник, черешник, подснежник, анимешник - мы это тут собрались прогнозировать? Это не прогнозируется. Поэтому я не пытаюсь угадать движение. Я пытаюсь не облажаться с качеством актива. Пытаюсь, это важно. Лось всё равно иногда приходит. Я с ним знаком лично. Помню в страте Магелланова держал ЮГК и ОВК. Оба сданы были в минус. И рад этому: покупал на одних ожиданиях, они не реализовались в четкую дату(Выхода финотчета), до свидания. Будь умненьким, ты лучший!!!