Профиль инвестора Zametki_Economist | Тинькофф Инвестиции Пульс

В эту пятницу ЦБ проведёт итоговое заседание года. Всем хочется громкого «новогоднего подарка» в виде снижения ставки на 1%. Но, по моему мнению, лучшим подарком станет именно снижение на 0.5% — до 16%. И вот почему. Шаг в полпроцента — это не осторожность, а новая нормальность, которая, вероятно, сохранится на весь 2026 год. Такое постепенное, но последовательное смягчение создаёт для инвестора куда более ценный актив , чем разовая уступка, — предсказуемый тренд. Слишком резкое снижение (на 1%) могло бы оживить спрос и кредитование, добавив хлопот инфляции, которая и так получит импульс от январского повышения налогов и тарифов. Это вынудило бы ЦБ взять паузу уже на следующем заседании, сломав только что зародившуюся динамику. А вот последовательное движение по 0.5% даёт рынку уверенность: тренд на снижение реален и устойчив. Для облигаций , это идеальный фон. Классическое правило «The trend is your friend» работает здесь в полной мере. Если ставка будет стабильно снижаться на 0.5% на каждом заседании, к концу 2026 года мы можем увидеть её на уровне 12%. Такой сценарий обеспечит долгосрочным ОФЗ отличную совокупную доходность за счёт роста цен и купонных выплат. В пятницу я буду смотреть не на размер шага, а на риторику регулятора. Главное — подтверждение самой логики постепенного движения. Если она прозвучит, это станет лучшим фундаментом для инвестиций в 2026 год ,

Нашли ещё одну «лазейку», которую скоро закроют — с 2026 года банковские операции с картами станут заметно дороже. Речь идёт о введении НДС на эквайринг, то есть на ту комиссию, которую банк , берёт с магазина за приём оплаты по карте. ⚡️ Если объяснять просто: когда вы платите картой в кафе, банк магазина удерживает с этой суммы небольшую комиссию (обычно 1–2%). До сих пор с этой комиссии не брали НДС. С января 2026-го будут брать — 22%. Для банков , это означает дополнительные расходы в районе 200 млрд рублей в год. 🚀 Ключевой вопрос: почувствуем ли это мы с вами? Формально налог платит банк, но практика подсказывает: такие издержки обычно перекладываются либо на бизнес , , либо на клиентов — через снижение кэшбэков или сворачивание выгодных программ лояльности. Любопытный нюанс — оплата по QR-коду (через СБП) НДС не облагается. Именно поэтому во многих заведениях всё настойчивее предлагают платить «просто по QR». Для бизнеса это выгодно — комиссия там в разы ниже. Но для вас, как клиента, минус в том, что такие переводы часто не участвуют в бонусных программах банков Как экономист я вижу здесь ещё один пример, как фискальные изменения незаметно меняют привычные нам финансовые потоки. И хотя в новостях пишут, что «держателей карт это не коснётся», стоит помнить: в экономике, как в сообщающихся сосудах, дополнительные расходы всегда находят того, кто в итоге заплатит. Чаще всего — конечного потребителя. Так что, возможно, в следующем году нас ждёт не только рост цен на привычные товары, но и тихое сокращение банковских «плюшек», к которым мы успели привыкнуть ,

На этой неделе случилось не просто очередное колебание крипторынка, а событие с гораздо более глубоким подтекстом. Биткойн не только опустился ниже психологически важной отметки в $100 тыс., но и впервые с июня провалился ниже себестоимости майнинга, которая оценивается в $115 тыс. Исторически этот уровень служил сильной поддержкой — его пробитие может говорить о фундаментальном изменении настроений. Что действительно настораживает — это усилившаяся корреляция с технологическими акциями , . Как видно по графику, биткойн уже трижды выступал опережающим индикатором для Nasdaq: в ноябре 2021-го, марте 2024-го и январе 2025-го. Каждый раз его обвал предшествовал значительной коррекции на фондовом рынке — с задержкой от недели до трёх месяцев. Сейчас мы видим похожую картину: биткойн уже потерял более 20% от октябрьского пика, тогда как высокотехнологичные акции пока держатся. Такая синхронизация движения двух активов свидетельствует о нарастании спекулятивной перегретости — когда одни и те же игроки оперируют и в крипте, и в акциях роста. Устойчивое движение биткойна ниже $100 тыс. может запустить цепную реакцию: коррекция в технологическом секторе → давление на весь фондовый рынок → замедление экономики → снижение спроса на нефть , . Особенно тревожно это выглядит на фоне и без того накопленных дисбалансов в американской экономике. Это не прогноз обвала, но серьёзный сигнал к пересмотру рисков в портфеле , . Когда самый спекулятивный актив мира начинает предупреждать о проблемах — есть смысл прислушаться и обратить внимание на защитные активы , , а также диверсифицировать портфель акциями потребительского сектора , .

Пока у нас всё внимание приковано к ставке ЦБ и ОФЗ , и др., по ту сторону океана начинает разворачиваться событие, которое может оказаться важнее любых локальных новостей. В США нарастает кризис потребления — причём в самых базовых секторах экономики. Производитель Kraft Heinz сообщает о худших показателях потребительского настроения за последние десятилетия. Акции компании уже просели на 17% с начала года, в то время как индекс вырос на тот же уровень. Ситуацию подтверждают и другие игроки рынка — например, Mondelez International фиксирует резкое сокращение покупок среди семей с низким доходом. Что стоит за этим спадом? Если отбросить конъюнктурные объяснения, мы увидим классическую кризисную схему. Накопленные противоречия между финансовым и реальным секторами экономики, дисбалансы в распределении богатства и исчерпание модели роста, основанной на бесконечном потреблении. Особенно показателен разрыв между технологическим сектором , , который продолжает расти, и базовыми отраслями, обслуживающими повседневные потребности , . Когда семьи перестают покупать даже продукты питания — это сигнал о глубинных проблемах, а не временных трудностях. Глобализация сделала экономики взаимосвязанными, но не синхронными. Кризис, начинающийся в одной точке — даже в такой казалось бы неуязвимой, как американский потребитель — может запускать цепную реакцию . И чем дольше игнорируются системные дисбалансы, тем болезненнее может быть коррекция. Для нас это означает необходимость ещё более внимательно следить за структурными изменениями, а не только за циклическими колебаниями , . Потому что когда начинают рушиться основы, даже самые надёжные активы, , могут повести себя неожиданно, что особенно заметно на фоне стабильных дивидендных аристократов и защитных активов .

На прошедшей конференции Смарт-Лаб подробно разобрали, что и когда делать с ОФЗ, в т.ч. и с , . ОФЗ пожалуй, главным инструментом российского долгового рынка. Высокая ставка создаёт уникальные условия, но важно понимать не только возможности, но и риски. Сейчас ключевая ставка находится вблизи исторических максимумов — 16.5% номинально и около 8.5% в реальном выражении. При этом долгосрочные ОФЗ , и др. отражают ожидания по средней ставке в будущем. Исторически нейтральный уровень реальной ставки составлял около 2.2%, и даже целевой показатель ЦБ в 4% выглядит достижимым на фоне тенденции к дезинфляции. Жёсткая риторика регулятора после октябрьского заседания не отменяет потенциал снижения ставки в 2026 году. Да, прогноз по инфляции повышен до 4-5%, а по ставке — до 13-15%, но важнее общий тренд. Если инфляция замедлится с текущих 8% до 6%, ЦБ всё равно начнёт смягчение, просто итоговая средняя ставка может оказаться ближе к верхней границе диапазона. Здесь кроется интересный парадокс: чем дольше ставка сохраняется на уровне 16%, тем сильнее её придётся снижать впоследствии. Например, при сохранении текущего уровня до середины 2026 года для достижения средней 15% ставки к концу года потребуется опустить до 12%. При таком сценарии совокупный доход по долгосрочным ОФЗ , и др. может превысить 30% за 2026 год за счёт роста цены и купонных выплат. Однако в краткосрочной перспектине сохраняются риски: повышение налогов с января 2026 года, возможный уход ЦБ с валютного рынка и связанное с этим ослабление рубля. При текущей доходности 15-15.3% разумно дождаться реализации рисков в первом квартале 2026 года. Если же коррекция приведёт к росту доходности до 15.5-16%, можно начинать постепенное наращивание позиций досрочно через ETF , . Главное — сохранять дисциплину и не поддаваться эмоциям рынка.

Сегодня поговорим о самом мощном инструменте инвестора, который Альберт Эйнштейн называл восьмым чудом света — о сложном проценте. В контексте облигаций , он раскрывается особенно ярко. ❗️Суть проста: вы получаете проценты не только на первоначальные вложения, но и на уже накопленный доход. Представьте снежный ком — с каждым оборотом он становится больше именно за счёт уже налипшего снега. 🔵Возьмём пример. Вы купили облигацию номиналом 1000 рублей с купоном 15% годовых и ежемесячными выплатами , . При простом проценте за три года вы получите 450 рублей дохода. Но если реинвестировать каждый купон в те же бумаги , , на выходе окажется уже 563 рубля — на 113 рублей больше. Кажется, что немного, но на длинной дистанции эта разница становится фундаментальной. Почему это работает? Всё гениальное просто: каждый реинвестированный купон начинает приносить собственный доход. Чем дольше срок инвестиций, тем заметнее эффект. За 10-15 лет разница может составить не 10%, как в нашем примере, а 50-70% от исходной суммы. Но есть нюансы. Для работы сложного процента нужны три условия: стабильный инструмент (например, облигации надежных эмитентов , ), регулярность выплат и дисциплина. Попробуйте поэкспериментировать с инвестиционными калькуляторами — они наглядно покажут, как через 10 лет ваши вложения могут вырасти в разы без дополнительных усилий. Это тот случай, когда время работает на вас куда эффективнее, чем любые рыночные спекуляции, особенно при использовании ETF , для реинвестирования.

C 1 ноября в налоговом администрировании физических лиц грядут серьёзные изменения, о которых стоит знать каждому. ФНС получает право бесспорного списания долгов — теперь для взыскания недоимки налоговикам не нужно обращаться в суд. Как это будет работать на практике? Если вы пропустите срок уплаты налога — допустим, не перечислили НДФЛ с дохода от продажи акций , — инспекция направит официальное требование. У вас будет до 6 месяцев на погашение. Но если долг останется непогашенным, налоговая вынесет решение о взыскании, и ваш банк будет обязан автоматически списать средства со счетов. Под списание попадут не только рублёвые и валютные счета, но и электронные кошельки (ЮMoney, VK Pay) , цифровые рубли и даже обезличенные драгоценные металлы . Если средств окажется недостаточно, долг перейдёт судебным приставам, которые смогут обратить взыскание на другое имущество, включая ценные бумаги . Ключевой способ защиты — своевременное оспаривание. Если вы в течение 30 дней с момента получения уведомления направите в ФНС заявление о перерасчёте или жалобу, автоматическое списание будет заблокировано до окончания разбирательства. Что делать на практике? Регулярно проверяйте Личный кабинет налогоплательщика и следите за Единым налоговым счетом. При малейших сомнениях в правильности начислений сразу подавайте возражение — это ваше главное право в новых условиях, особенно при операциях с облигациями , . Как экономист я вижу в этом ещё один аргумент в пользу финансовой дисциплины. Теперь проверять налоговые уведомления становится так же важно, как и следить за котировками , , . Ведь невыполнение обязательств может не только нарушить финансовые планы, но и заблокировать доступ к инвестиционным ресурсам в самый неподходящий момент, будь то сделки с , или другими активами

На этой неделе проскочила новость, которую почему-то почти никто не обсудил, хотя касается она каждого. Минфин предложил дать президенту право вводить валютные ограничения указами — то есть регулировать валютную сферу не только через законы и ЦБ, но и «вручную». Почему это важно? Сейчас за курс и вообще за стабильность рубля отвечает Банк России. Формально. По факту рубль — одна из самых волатильных валют , и претензии летят как раз к регулятору. Новая конструкция выглядит как попытка вынести часть ответственности из периметра ЦБ: ограничения на валютные операции, требования по лицензиям, продаже валютной выручки, лимиты по срокам и суммам — всё это можно будет оперативно запускать указом. Одним движением — и это уже норма валютного законодательства, с контролем и наказанием за нарушение. Звучит решительно. Но тут у меня сразу два вопроса. Первый — методология. В аппарате президента нет профильного «валютного» департамента, который мог бы ежедневно считать, моделировать и калибровать меры под динамику рынка . Это не про «пару экспертов из коммерции забрать» — хорошие валютные риск-менеджеры стоят дорого, а госзарплаты и скорость найма тут объективно проигрывают. Второй — архитектура управления. Мы и так живём в режиме частых ручных настроек, а валютный рынок — штука тонкая: перегнёшь — получишь отток ликвидности и кривые стимулы для экспорта/импорта, недожмёшь — снова качели с курсом и ожиданиями. Из плюсов — скорость. Указы действительно позволяют реагировать быстрее, чем долго править закон или ждать макросигналов через ДКП. Это полезно, когда внешняя среда меняется за сутки. Бизнесу , и гражданам нужна ясная рамка: когда, по каким критериям и на какой срок вводятся ограничения, как работает «выход» из них, какие исключения есть для расчётов внутри ЕАЭС и для критического импорта. Без прозрачных правил рискуем получить ещё больше «регуляторного тумана», что ударит по облигациям , и корперативам . Лично я за скорость, но не вместо системы. Если уж вводить такую опцию, нужны публичные критерии включения/выключения мер, оценка влияния на курс и цены, и нормальный «кабинет модели», который это всё считает. Иначе мы просто поменяем табличку на двери ответственного, а предсказуемости не прибавится, что скажется на ETF и акциях , . Как вам идея «ручного режима» для валюты? Ускорит стабильность или добавит шуму в и без того нервный рынок , ?

На этой неделе вышел ежегодный рейтинг пенсионных систем Mercer CFA — своего рода «мировой экзамен» по обеспечению пенсионеров. Из 52 стран высшую оценку «А» получили лишь несколько: Нидерланды, Исландия, Дания. Россия в списке отсутствует, хотя эксперты предполагают, что мы бы оказались в группе «D» вместе с Китаем, где почти половина пожилых людей не получает государственной пенсии. Что объединяет лидеров рейтинга? Небольшое население, высокие налоги, жёсткие требования к стажу (в тех же Нидерландах — 50 лет для полной пенсии) и обязательные профессиональные накопления. А вот крупные экономики вроде США и Японии не поднимаются выше «С+» — содержать десятки миллионов пенсионеров невероятно сложно. Цифры говорят сами за себя: пенсионные активы Нидерландов составляют $2 трлн. Для России аналогичный показатель в пересчёте на душу населения должен был бы достигать $15 трлн — это в шесть раз больше нашего ВВП. Такие суммы просто негде разместить без развитого финансового рынка , , Как экономист я давно для себя решил: рассчитывать в старости только на государственную пенсию — опасная иллюзия. Наш путь — постепенный переход к модели индивидуальных накоплений через ИИС , , , , и другие инструменты , . Государству же нужно срочно развивать финансовые рынки — без этого даже самые смелые пенсионные реформы останутся на бумаге. Сквозная мысль проста: достойная пенсия — это не вопрос щедрости государства, а результат долгосрочных экономических институтов. Пока у нас с этим сложно, стоит активнее брать ответственность за своё будущее в собственные руки через ETF и акции . А вы как думаете — стоит ли ещё надеяться на государственную пенсию?

На своих занятиях я часто слышу один и тот же детский вопрос: «А почему нельзя просто напечатать много денег, чтобы всем хватило?». Звучит наивно, но именно он помогает понять глобальные экономические процессы. Давайте разберёмся, почему это невозможно — и заодно ответим, грозит ли дефолт США с их гигантским долгом. Всё началось в 1944 году в Бреттон-Вудсе, где решили привязать мировые валюты к доллару, а доллар — к золоту (35$ за унцию). Казалось бы, идеальная система. Но к 1970-м США столкнулись с дилеммой: мировая торговля росла, требовалось всё больше долларов, а золотой запас был ограничен. Президент Никсон отказался от золотого стандарта, и с 1976 года доллар стал валютой без реального обеспечения. С тех пор США могут печатать доллары почти без ограничений, ведь их используют везде — от Бразилии до Японии. Инфляция при этом «экспортируется» в другие страны. Представьте три города: красный , синий и зелёный . Если красный город напечатает много рублей, цены взлетят только там. А если синий напечатает доллары — инфляция ударит по всем трём городам. Почему Россия не может делать так же? Наш рубль — не мировая валюта. Им пользуются в основном внутри страны и у ближайших союзников , . Если напечатать рублей сверх меры, мы получим резкий рост цен, как в 90-е, что ударит по акциям , и облигациям . Что же меняется? Россия активно продвигает рубль в странах ЕАЭС, переходит на расчёты в национальных валютах с Китаем, Индией и ОАЭ {$AEZ5} . Это постепенно увеличивает спрос на рубли, но до статуса резервной валюты нам ещё далеко, о чём говорит скромная доля в международных резервах , . Так будет ли дефолт в США? Пока доллар остаётся мировой валютой — нет. Но чем больше стран переходит на другие расчёты, тем слабее становится эта монополия, что видно по росту торговли в юанях и евро. Так что, отвечая на детский вопрос: печатать деньги без последствий может только тот, чьи деньги принимает весь мир. А это большая ответственность и большое искушение.

Друзья, наблюдаю интересный феномен. Помните, в 16-18 лет многие из нас играли в CS:GO и собирали скины? Оказывается, то, что казалось простым детским увлечением, превратилось в серьёзный инвестиционный актив. В 2025 году скины из CS показывают доходность, которая заставляет задуматься даже опытных финансистов. Рынок виртуальных предметов вчера достиг исторического максимума — $6 млрд, прирост с начала года более 40%. Для сравнения: МосБиржа за тот же период просел на 1,14%, а Bitcoin — на 0,89%. Основной драйвер роста в CS:GO — количество игроков. Чем больше людей в игре, тем выше спрос на редкие скины. Отдельные экземпляры демонстрируют феноменальный рост. Оружейный кейс 2013 года за 12 лет подорожал в 3000 раз — с 4 до 11 800 рублей. Наклейки с турнира 2014 года и вовсе превратились в раритеты стоимостью до 2,5 млн рублей. Но здесь кроется главный парадокс: формально вы не владеете скинами — Valve лишь предоставляет временную лицензию на их использование. Это создаёт риски, о которых редко задумываются начинающие инвесторы: • Аккаунт могут взломать или заблокировать • Разработчик в любой момент может изменить правила • Рынком легко манипулировать — достаточно упоминания на стриме популярного игрока Особый интерес представляет китайский рынок. Площадка Buff163, принадлежащая NetEase, обогнала по обороту официальную торговую площадку Steam. Здесь формируется своя экосистема коллекционеров с инвентарями стоимостью в миллионы долларов. Как экономист я вижу здесь классический пример спекулятивного пузыря. С одной стороны — впечатляющая доходность, с другой — полное отсутствие гарантий и регулирования. Это как покупать картину, которая юридически тебе не принадлежит, да ещё и хранится в музее, куда ты можешь потерять доступ в любой момент. ❗️ Вывод прост: скины могут быть интересны как хобби или краткосрочная спекуляция, но для серьёзных долгосрочных инвестиций нужны более надёжные активы $SBER, $GAZP, $VTBR, . Хотя глядя на эти цифры, понимаешь: иногда виртуальный мир оказывается удивительно реальным в денежном выражении.

Интересно наблюдать, как меняются наши привычки в платежах. Сначала были наличные, потом карты, затем оплата с телефона. Кажется, что проще уже некуда — но следующий этап выглядит ещё радикальнее. Уже в следующем году мы сможем расплачиваться цифровым рублём... даже без интернета. Госдума приняла закон, который запускает этот процесс по чёткому графику. Крупнейшие банки , должны будут предоставить клиентам возможность открывать кошельки и платить цифровыми рублями с 1 сентября 2026 года. Поэтапно к 2028-му подключатся все остальные , Что это значит на практике? Магазины с выручкой от 120 млн рублей будут обязаны принимать такие платежи с 2026 года. Для небольших торговых точек с оборотом менее 5 млн рублей обязанности не будет — им оставили выбор. Особенно удобной выглядит интеграция с универсальным QR-кодом, который разрабатывает НСПК. Представьте: один код вместо десятка на кассе — и можно выбрать любой способ оплаты, от СБП до цифрового рубля, не теряя бонусов. Банки , должны внедрить эту систему до сентября 2026-го. Как это будет работать? Цифровой рубль станет третьей формой национальной валюты — наряду с наличными и безналом. Вы сможете завести кошелёк через привычное банковское приложение, а все операции для физлиц будут бесплатными. Лично мне видится в этом важный шаг к ещё большей финансовой доступности. Платить без связи — это не просто удобно, это меняет правила игры в регионах с плохим интернетом. Да и единый QR-код — то, чего не хватало годами. Главное — выбор остаётся за нами. Никто не заставляет переходить на цифровой рубль, но сама возможность — уже серьёзный сигнал. Похоже, через пару лет мы будем с ностальгией вспоминать, как искали на кассе нужный QR-код или переживали из-за пропавшей связи в момент оплаты, пока банки , , завершают свою интеграцию в новую систему.

Недавно объявили лауреатов Нобелевки по экономике — награду дали за исследование причин долгосрочного экономического роста. Ученые Джоэл Мокир, Филипп Агийон и Питер Хауитт показали, что главный двигатель прогресса — это технологические прорывы. Но не разовые, а системные. Мокир, изучая историю, пришел к выводу, что ключ к успеху — это союз науки («знать почему») и практики («знать как»). Такой симбиоз впервые сложился в Британии эпохи Просвещения, что и породило Промышленную революцию. Агийон и Хауитт описали механизм роста через «созидательное разрушение»: новые компании с инновациями вытесняют старые, происходит постоянное обновление, что и двигает экономику вперед в целом. И вот здесь возникает главный диссонанс. Ученым вручают премию за объяснение законов развития, а мы видим вокруг себя что? Экономика в западном мире все больше становится предметом манипуляций и краткосрочных политических решений. Глобальные кризисы, а внятных путей выхода — тишина. Трамп пытается решать проблемы тарифами, но в итоге получаем лишь рост инфляции. А про Европу и говорить нечего — сегодня посмотрел репортаж из Парижа, а там центральные улицы напоминают гигантский базар по продаже тряпок, прямо дежавю по России 90-х. Возникает простой вопрос: «Так где же то самое развитие, о котором говорят нобелевские лауреаты?» В ответ — все та же тишина. Получается парадокс: мы лучше, чем когда-либо, понимаем рецепт устойчивого роста. Но вместо того чтобы создавать среду для «созидательного разрушения» и союза науки с бизнесом , {$OZON}, , мы наблюдаем обратное: зарегулированность, защиту старых монополий , , и политику, которая гасит динамику. Премия вручена за раскрытие причин развития, а на практике мы скорее топчемся на месте. Вывод прост: без настоящих инноваций и готовности общества к изменениям мы рискуем надолго застрять в текущей стагнации. Теория есть, а вот с волей к ее применению — большие проблемы, что отражается и на котировках высокотехнологичных компаний , и даже на рынке облигаций , и фондов ,

Всё чаще ловлю себя на мысли о покупке инвестиционной квартиры. Не для спекуляции, а как способ в будущем закрыть ипотеки или создать пассивный доход. Но цены растут пугающими темпами — те же 10% за этот год, и кажется, это только начало. Возникает классический вопрос: покупать сейчас, пока не стало ещё дороже, или ждать кризиса, о котором все говорят? История показывает, что в кризисы цены действительно падают. В 1998-м — на 30-35% в долларах, в 2008-м — похожая картина. Но есть нюанс: в рублях падение было скромнее, а восстановление занимало годы. После дефолта рынок вернулся к докризисным уровням только к 2002-му. Более свежие примеры — 2014 и 2022 годы — демонстрируют парадокс. Номинально в рублях цены могли даже расти, но с учётом инфляции и девальвации реальная стоимость жилья падала. Особенно в долларовом выражении. В 2022-м, например, рублёвый рост в 6-7% за два года оказался в три раза ниже инфляции — то есть реальная стоимость недвижимости снизилась. Что же сейчас движет рынком в 2025 году? Несмотря на высокие ставки и снижение спроса, цены продолжают ползти вверх. Это кажется парадоксом, но у него есть своя логика. Во-первых, значительно выросла себестоимость строительства — подорожали материалы, логистика и кредитное обслуживание для застройщиков , , . Во-вторых, многие девелоперы приостанавливают новые проекты из-за низкого спроса, что создаёт предпосылки для дефицита предложения в ближайшие годы. Отдельный драйвер — льготные ипотечные программы. Они поддерживают спрос даже в таких условиях, не давая ценам упасть. При этом высокие ставки по рыночной ипотеке делают недоступными многие проекты без господдержки. Любопытный тренд: снижение доли ипотечных сделок подогрело арендный рынок. Это, в свою очередь, стимулирует инвестиционный спрос — люди покупают квартиры для сдачи в аренду, что дополнительно поддерживает цены и котировки девелоперов , , . Что ждёт рынок дальше? Большинство экспертов сходятся: при сохранении текущей ставки ЦБ условий для снижения цен нет. Прогнозируется рост в пределах инфляции — 7-8% в среднем по стране, с более высокими темпами в Москве и крупных городах. Получается замкнутый круг: высокие ставки сдерживают спрос, но и не дают ценам упасть из-за дорогого строительства и дефицита новых проектов. Разорвать его может только снижение ключевой ставки, но по прогнозам ЦБ это произойдёт не раньше 2026 года. Так что отвечая на свой же вопрос — покупать сейчас или ждать — склоняюсь к тому, что идеального момента может и не быть. Рынок недвижимости в России всё больше напоминает качели: либо дорого, либо недоступно. И это, увы, та реальность, с которой приходится считаться.

Вчерашняя новость о техническом дефолте «Глобал Факторинг Нетворк Рус» — это не просто частный случай. Это симптом системной проблемы, которая медленно давит на малый и средний бизнес. Компания не смогла погасить 11 млн рублей по облигациям , — не потому что хотела обмануть, а потому что она сама не получила деньги от контрагентов. Когда я вижу такие истории, сложно не испытывать грусть. Бизнес не выдерживает долгий период высоких ставок — 17% по кредитам съедают маржу, оборотные средства тают, и вот уже добросовестные компании один за другим сваливаются в технические дефолты по облигациям , . А за дефолтом часто следует закрытие. Особенно тревожно видеть это в факторинге — бизнесе, который по сути должен помогать другим компаниям с ликвидностью. Если у самого фактора нет денег — значит, проблемы уже по всей цепочке , . Я хорошо помню, как несколько лет назад говорили об экономике предложения — что нужно создавать условия для бизнеса. Сейчас же мы видим обратное: компании закрываются, одна за другой. И возникает вопрос — какую цель мы преследуем в долгосрочной перспективе? Ведь каждый такой дефолт {$RU000A105BP9}, — это не просто строчка в новостях, это десятки рабочих мест и целые предпринимательские судьбы. Ситуация требует если не снижения ставок, то хотя бы точечных решений для поддержки реального сектора , . Иначе мы рискуем увидеть будущее, в котором малый бизнес станет исчезающим видом. А без него любая экономика теряет свой фундамент.

Я всегда относился к криптовалютам с большим скепсисом. Для одних — это технология будущего, для других — путь к быстрому обогащению, для третьих — причина трагедий. Но меня больше интересовало, как государства встроят этот инструмент в свою систему. Судя по всему, ответ мы получили 11 октября — самый масштабный обвал за всю историю крипторынков. Если вы видели заголовки про падение на 22.5%, не обманывайтесь. За этой цифрой скрывается настоящая бойня. Пока Bitcoin и Ethereum относительно держались, альткоины рухнули на 60–80%. Такие монеты как DOT, AVAX или ADA потеряли две трети стоимости. А мусорные токены вроде скамкоина Трампа обвалились в 77 раз с начала года — это тотальное уничтожение целого сегмента. Что особенно показательно — масштаб ликвидаций. Объем принудительно закрытых позиций достиг 60 млрд долларов. Это в 100 раз выше нормы. Рынок снесло за считанные минуты в период, когда Азия спала, Европа отдыхала, а Америка только заканчивала рабочий день — то есть в момент наименьшей ликвидности. Торговые платформы не выдержали, зависли, и тысячи трейдеров не успели даже среагировать. Почему это важно даже для тех, кто никогда не купит ни одной монеты? Потому что это наглядный урок хрупкости необеспеченных активов. Крипта, которая выросла на 3.5 трлн долларов с октября 2023-го, показала свою истинную природу — гиперрискованного инструмента, не переживавшего ещё по-настоящему медвежьего рынка в традиционных активах вроде , или Как экономист я вижу в этом подтверждение старой истины: если не понимаешь, как устроен актив, и не видишь его реальной стоимости, лучше держаться подальше. Пока институционалы покупают BTC и ETH, розничные инвесторы горят в альткоинах. И, кажется, этот кризис доверия рынок переживёт не скоро — нужно ждать следующее поколение криптоэнтузиастов, которые забудут уроки октября 2025-го. Так что, возможно, сейчас не время бояться пропустить рост, а время вспомнить, что такое настоящие риски. И ценить хотя бы некоторую предсказуемость традиционных активов , , , , — даже со всеми их налогами и политическими сложностями.

Вчерашние слова Эльвиры Набиуллиной на форуме «Финополис» многие пропустили мимо ушей. А зря. Между стандартными фразами прозвучала важная мысль: «Пространство для снижения ключевой ставки остается». И это — прямое указание на то, что 24 октября ЦБ может продолжить смягчение, несмотря на весь негативный фон. Инфляция за неделю подросла, Минфин наращивает долг, а бюджет ищет деньги. Но ЦБ, судя по всему, не готов жертвовать среднесрочными целями ради сиюминутной стабильности. Их прогноз на 2026 год — инфляция в 4% при средней ставке 12–13%. Это значит, что в течение следующего года мы можем увидеть снижение с текущих 16% до 8–10%. Что это значит для рынка? Если ЦБ действительно снизит ставку в октябре — пусть и на скромные 0.5 п.п. — это станет сильным сигналом. Рынок ОФЗ , , который уже просел на 10–12% с августовских максимумов, может развернуться. Доходности долгосрочных бумаг , сейчас около 15.3%, но в перспективе года они могут уйти к 12–14%. Это потенциальная доходность к погашению более 20% — серьёзный аргумент для тех, кто ищет точку входа. Конечно, возможен и более жёсткий сценарий, если инфляция не успокоится. Но даже в этом случае у ЦБ есть запас — восемь заседаний в 2026-м, на каждом из которых можно двигаться небольшими шагами. Как инвестор я вижу здесь классическую дилемму: рынок заложил в цены , пессимизм, а регулятор оставляет пространство для манёвра. И часто именно в такие моменты формируются лучшие точки для долгосрочных вложений в ОФЗ , . Возможно, вчера мы увидели если не дно, то как минимум зону, где продажи уже не имеют прежней паники.

С детства мне твердили: заработать — полдела, главное — сберечь. С каждым годом понимаю это всё острее. Инфляция, налоги, а иногда и внезапные решения властей буквально испаряют накопления. Яркий пример — история с , которая показывает, как миноритарные акционеры могут стать заложниками чужих игр. Напомню контекст: летом активы основного владельца были изъяты в пользу государства — одна из крупнейших национализаций в золотодобыче. Но сейчас выяснилось, что государство не хочет надолго задерживаться в роли собственника. Минфин активно ведёт переговоры о продаже пакета УГМК Искандера Махмудова. И вот здесь начинается самое тревожное. Торги идут со значительным дисконтом — речь о 50-100 млрд рублей при рыночной стоимости пакета около 87 млрд. Если сделка состоится по нижней границе, это может обвалить котировки на 20-30%. Но даже компромисс в районе 75-85 млрд всё равно будет продажей со скидкой. Что ждёт миноритариев после смены владельца? УГМК имеет неоднозначную репутацию в вопросах отношений с мелкими акционерами. Высок риск, что прибыль будут выводить через «материнскую» структуру вместо дивидендов — компания и так не платила их с 2024 года. Добавьте возможную реструктуризацию долга облигации {$RU000A106656} и сохраняющиеся санкционные ограничения на экспорт золота. История с поглощением Petropavlovsk УГМК в 2022 году — настораживающий прецедент: акции рухнули на 90%, миноритарии годами судятся за компенсации. Как инвестор я вижу здесь классическую дилемму: фундаментально ЮГК остаётся интересным активом на фоне высоких цен на золото , и неплохих операционных результатов. Но корпоративные риски после возможного перехода под контроль УГМК перевешивают потенциальную прибыль. Для спекулянтов — может быть игра на волатильности вокруг сделки. Для консервативного инвестора — лучше присмотреться к более предсказуемым конкурентам , , Эта история снова напоминает: прежде чем входить в актив, стоит подумать не только «сколько я могу заработать», но и «как я могу потерять». Особенно когда за одним столом переговоров сидят государство и крупный частный капитал.

На этой неделе инфляция снова всех напугала: +0.23% за неделю, годовая подобралась к 8.1%. И рынок, конечно, отреагировал предсказуемо — продажами. Но я всегда говорил, что экономику нельзя читать по одному показателю. Пока все смотрят на цены, я обратил внимание на другой важный сигнал — денежную массу М2. В сентябре она впервые за долгое время сократилась на 0.2%, а годовой темп роста замедлился до 12.7% — минимум с 2021 года. Это не случайность. Похоже, «холодный душ» от ЦБ, когда ставку снизили всего на 1 п.п. вместо ожидаемых двух, начал работать. Деньги в экономике стали расти медленнее — а это именно то, что нужно регулятору для борьбы с инфляцией. Что это значит для нас? На мой взгляд, это открывает окно возможностей для очередного снижения ставки уже 24 октября. Пусть и осторожного — на 0.5 п.п. Рынок уже заложил в цены ОФЗ , самый жесткий сценарий — чуть ли не сохранение ставки на 17% до весны 2026-го. Отдельные долгосрочные выпуски , подешевели на 10–12% и вернулись к уровням декабря, когда ставка была 21%. Лично я вижу в этой панике перегиб. Если ЦБ действительно смягчит риторику в октябре, это станет приятным сюрпризом. А текущая коррекция может оказаться хорошим моментом для тех, кто давно ждал точки входа в долгосрочные облигации , и Как инвестор я продолжаю верить в предсказуемость. И сейчас данные по М2 — тот самый скрытый фактор, который многие упускают. Инфляция — это важно, но не менее важно и то, сколько денег бегает по системе. А их становится меньше. И это, как ни парадоксально, — хорошая новость.

На этой неделе вбросили идею, которая многих зацепила: обязать неработающих граждан платить за обязательное медицинское страхование. Сумма называется — 45 тыс. руб. в год. Для сравнения: ИП платит сейчас около 49,5 тыс., а сотрудник на минималке — менее 12 тыс. Логика властей проста: почему работающие должны содержать тех, кто может трудиться, но не делает этого? Если отбросить эмоции, в этой логике есть резон. По данным на 2023 год, почти 15 млн человек трудоспособного возраста не работали и работу не искали. При этом многие из них имеют неофициальные доходы — от фриланса до инвестиций в акции $SIBN, $PHOR или облигации . Получается классическая ситуация с «безбилетниками»: медициной пользуются все, а платят за неё только те, кто делает отчисления через работодателя или как ИП. Но давайте не минуту забудем про текущие проблемы и задумаемся, откуда у нас взялась бесплатная мед. помощь? Принято считать, что бесплатная медицина — это достижение советской эпохи. На самом деле её основы заложила ещё Российская империя. Земские врачи, участковая система, скорая помощь — всё это работало до 1917 года. К 1910 году было создано более 2 600 врачебных участков, где каждый врач обслуживал в среднем 28 тысяч человек. Делали даже сложные операции — от офтальмологических до ампутации конечностей. Возникает вопрос: если принцип всеобщей доступности медицины исторически не нов, то почему сейчас предлагают решать проблему дефицита бюджета за счёт неработающих? 45 тыс. рублей в год — это 16,7% от ежемесячного минимума в 22,4 тысячи. Для многих это серьёзная сумма, сравнимая с дивидендными выплатами по акциям $LSRG или $GMKN за целый квартал. Как экономист я понимаю: система должна быть справедливой, но риски никто не отменял. Вместо того чтобы выводить доходы из тени, мы рискуем получить ещё больший уход в неё. Или рост недовольства среди тех, кто честно живёт на скромные сбережения и купоны по облигациям Идея в основе правильная — каждый должен участвовать в финансировании системы, которой пользуется. Но исполнение может ударить по тем, кто формально не работает, но создаёт добавленную стоимость через инвестиции в $VTBR, $AKRN или медицинские компании

Друзья, помните, пару лет назад все рассуждали об ИИ как о чём-то далёком — сценарии из «Терминатора» казался страшным сном. Сегодня это стало частью реальности, причём в самых неожиданных сферах. На днях я наткнулся на новость, которая меня одновременно и поразила, и обрадовала: последняя версия ChatGPT успешно сдала третий уровень экзамена на сертификат финансового аналитика (CFA). Это не просто тест на эрудицию. CFA — это сложнейший экзамен с практическими кейсами, где нужно писать эссе, как если бы ты готовил инвестиционное предложение для живого клиента. ИИ справился. Конечно, пока его работу должен проверять человек, но факт остаётся фактом: ИИ уже сегодня способен генерировать качественные инвестиционные идеи по акциям , , , облигациям или фондам . Тренд набирает обороты. По данным Reuters, каждый десятый частный инвестор уже использует ChatGPT для выбора акций. А рынок автоматизированных советников — робо-эдвайзеров — может вырасти с $62 млрд в 2024-м до $471 млрд к 2029 году. Но что ещё интереснее — к ИИ присматриваются и профессионалы. Вот яркий пример: Джереми Люн, бывший аналитик UBS, который почти двадцать лет анализировал компании, теперь использует ChatGPT для управления своим портфелем. Как он сам говорит, у него больше нет доступа к дорогим терминалам вроде Bloomberg, но с помощью правильно составленных запросов он может воспроизвести многие из своих прежних рабочих процессов. Секрет — в умении задавать вопросы. Например: «Представь, что ты шорт-аналитик, какую аргументацию против этой акции , ты бы построил?» или «Используй только данные из отчетности SEC». Контекст — всё. В краткосрочной перспективе ИИ, вероятно, будет подогревать интерес к популярным акциям вроде или . Но в долгосрочной — он может радикально изменить всю индустрию инвестиций. И здесь важный вывод для нас, профессионалов: наша задача — не конкурировать с алгоритмом, а научиться ставить ему правильные задачи и проверять его выводы, будь то анализ дивидендных аристократов или оценка потенциала роста бумаг второго эшелона . Ведь пока что без человека, способного задать верный вопрос и увидеть нюанс, ИИ рискует остаться просто умным инструментом без стратегического зрения. Так что, возможно, скоро в нашем обиходе появится новая должность — «промпт-инженер для инвестиций» в акции , валютные пары или даже золото. А вы уже пробовали использовать ИИ для анализа бумаг?

Продолжая тему «квантов», хочу рассказать об подходе, который стоит особняком — где главное оружие не алгоритм, а умение читать стакан. Глеб Карпов, представитель «ручного» скальпинга, показал, как можно охотиться на неэффективности, создаваемые крупными игроками. В то время как большинство стремится к полной автоматизации, Глеб работает глазами и интуицией. Его инструмент — вертикальный стакан, где видны плотности заявок и следы крупных участников. Он не торгует по графикам — он читает намерения маркет-мейкеров в таких инструментах как фьючерсы на индекс {$RMZ5}, валютные пары или нефть {$BRZ5} Яркий пример — история с календарным спредом на юань. За несколько недель до экспирации в стакане регулярно появлялся крупный игрок, давивший спред вниз айсберг-заявками. Обычные арбитражеры теряли деньги, пытаясь контрить это движение. Глеб же начал торговать вместе с ним — и собирал по 20-30 пунктов в день. Это давление вызвало каскадный эффект: раздвижка между фьючерсами на доллар достигла 8-9%. Те, кто шортил спред на пике, получили огромные убытки. А те, кто видел в стакане разворотные сигналы (те же айсберги, но в другую сторону), смогли не только заработать на схождении, но и получить двойной положительный фандинг. Ключевая мысль Глеба: никакой робот не сможет полностью заменить трейдера, который интерпретирует действия конкретного крупного игрока в акциях , , или волатильных бумагах второго эшелона .Автоматизация здесь — лишь инструмент исполнения, но решение о входе и выходе принимает человек. Такой полуручной подход, по его словам, позволяет показывать доходности в сотни процентов годовых, тогда как полностью автоматизированные стратегии на ETF , или облигациях редко превышают 30-50%. Это напоминание о том, что за всеми графиками и цифрами стоят живые люди с их психологией и капиталами. И иногда умение читать их намерения оказывается ценнее сложнейших математических моделей. После таких кейсов понимаешь: быть «квантом» — не только про написание кода. Это также про то, чтобы оставаться финансовым самураем — тем, кто видит рынок изнутри и чувствует его пульс в самых разных инструментах — от голубых фишек до золота . И в эпоху тотальной автоматизации такой навык, кажется, только дорожает.

Помните, на первом курсе нам рассказывали, что бесконечно печатать деньги нельзя? Это правда, но связь между деньгами и экономикой куда сложнее. Инфляция — не единственное последствие эмиссии. Сегодня хочу показать, как рост денежной массы влияет на фондовый рынок — часто это влияние прямо противоположно ожиданиям. Возьмём денежный агрегат М2 — это все наличные и безналичные средства в экономике. В России его объём вырос до 121 трлн рублей, а годовой прирост сохраняется на уровне 14-15%. Для сравнения: в США М2 растёт всего на 4.5%. Казалось бы, такие темпы должны гарантировать бурный рост наших акций , , , . Но не всё так линейно. История показывает обратное. После дефолта 1998 года индекс РТС показал рекордный рост почти на 200% за год. В 2022-м, после начала СВО, рынок рухнул на 50% за дни — несмотря на растущую ликвидность в экономике. В чём парадокс? Рублёвая масса действительно создаёт потенциальный спрос на активы. Но ключевым драйвером остаются доверие и горизонт планирования. Когда инвесторы видят риски, они уходят в кэш или валюту, даже если рублей в системе много. Деньги просто оседают на депозитах или утекают в более предсказуемые инструменты, такие как облигации или даже золото {$GDZ5}, не доходя до фондового рынка. Сейчас мы находимся в интересной точке. С одной стороны, высокий М2 создаёт подушку ликвидности. С другой — геополитика и высокая ставка ЦБ сдерживают аппетит к риску. Как инвестор я вижу здесь классическую дилемму: текущая ликвидность поддерживает рынок, но для устойчивого роста нужны структурные изменения. Пока бизнес не почувствует уверенность в завтрашнем дне, большая часть денежной массы будет работать в краткосрочных инструментах или фондах , а не в акциях. Так что смотреть на М2 полезно, но недостаточно. Важнее понять, когда эти деньги решат перетечь в рискованные активы, будь то акции второго эшелона или ETF . И здесь, увы, простой формулы нет — только трейдерская интуиция и оценка макрорисков. А вы как думаете: когда российский рынок снова станет магнитом для внутренней ликвидности?

На днях проходила встреча для «квантов» — тех самых математиков, которые пишут алгоритмы для торговли на бирже. Если вы думаете, что айтишники хорошо зарабатывают, то зарплаты этих ребят находятся в другой весовой категории. Но дело не только в деньгах, а в том, как они мыслят. Один из основателей крупной HFT-компании раскрывал суть своего подхода. Самый ценный момент: он показал, как формализовать то, что трейдер видит глазами. Смотришь на график и понимаешь: «цена явно оторвалась от остальных, надо брать». Но как объяснить это алгоритму? Как превратить интуицию в код? Он разбирал стратегию Basket Arbitrage. Представьте себе корзину из активов: , , , , , , {$GDZ5}, . Вместо хаотичного анализа создаётся синтетический индекс — этакая «справедливая цена» для всей группы. Когда один актив слишком сильно отклоняется от этого индекса, робот фиксирует аномалию и делает ход: покупает отстающий актив и продаёт перегретый. Философский вопрос, который он поднял: хеджировать позицию или нет? Страховка делает график доходности плавнее, но съедает прибыль комиссиями. Его лимит — полчаса удержания позиции. Если за это время дисбаланс не исчез, сделка закрывается. Не потому что идея плохая, а потому что рынок уже перестроился. После таких встреч понимаешь: самые крутые стратегии рождаются на стыке математики и трейдерского чутья. И пока большинство спорит о новостях, кванты тихо зарабатывают на микроскопических нестыковках в данных. Это другой уровень игры — где твой главный актив не деньги, а формула.

Сегодня с утра задумался: а почему наша рабочая неделя длится именно пять дней? Не четыре и не три, а все же пять. Кажется, это настолько привычно, что мы даже не задаёмся таким вопросом. Но за этим ритмом — целая история борьбы, экономики и социальных компромиссов. Если кажется, что так было всегда, — это не так. В XIX веке на фабриках и заводах, которые были аналогами современных промышленных гигантов вроде или , люди работали по 12–14 часов шесть дней в неделю, а то и вовсе без выходных. Детский труд был обыденностью, как сегодня — инвестиции в технологии. Именно тогда и прозвучал первый лозунг, который сегодня кажется очевидным: «8 часов — на труд, 8 — на отдых, 8 — на сон». Его продвигал британский социалист Роберт Оуэн ещё в 1817 году. Но путь к восьмичасовому дню оказался долгим. Рабочие движения в Европе и США десятилетиями боролись за свои права — порой жёстко. Например, печально известные события в Чикаго 1 мая 1886 года, когда забастовка за 8-часовой день закончилась столкновениями с полицией. Именно эта дата позже стала Днём солидарности трудящихся. Любопытно, что в СССР, где после революции сразу ввели 8-часовой день, экспериментировали с «непрерывной рабочей неделей»: 4 дня работы — 1 выходной, но у всех в разное время. Звучит прогрессивно, но на практике оказалось неудобно — семьи не могли синхронизировать графики. Пришлось вернуться к общему ритму, который сегодня напоминает слаженную работу логистических компаний вроде или Решающий поворот случился только в 1960-х. В США 40-часовая неделя с двумя выходными узаконилась в 1938-м, а в СССР пятидневку официально ввели лишь 7 марта 1967 года. Так суббота наконец стала законным выходным, что было радостнее, чем рост котировок или на сырьевом ралли. Что интересно: если 8-часовой день — это во многом результат давления «снизу», то второй выходной стал скорее логическим развитием — люди предпочли работать чуть дольше в будни, но иметь два полных дня на жизнь, семью и потребление, что в итоге подстегнуло бизнес в сферах развлечений и ритейла — от до {$OZON} Сегодня, когда мир обсуждает четырёхдневку, стоит помнить: каждая минута отдыха когда-то была завоёвана. И пятидневка — не вечная данность, а продукт долгой социальной эволюции. Возможно, лет через двадцать наши дети будут так же удивляться: «Как это вы работали целых пять дней?», управляя своими инвестициями через и строя планы на длинные выходные, ставшие новой нормой.

Продолжаю тему налогового бремени, но сегодня хочу отойти от конкретных новостей и поговорить об одном экономическом парадоксе, который многое объясняет в нашей текущей ситуации. Речь о кривой Лаффера — той самой, которая показывает, что связь между налоговой ставкой и поступлениями в бюджет далеко не линейна. Выглядит она как дуга с пиком где-то посередине. На нулевой ставке сборы, понятно, нулевые. Но и на стопроцентной — тоже: бизнес просто теряет смысл работать. А между этими крайностями есть та самая зона, где повышение ставки уже не даёт пропорциональной отдачи, а потом и вовсе ведёт к проседанию сборов. Вопрос в том, где мы находимся на этой кривой. Яркий пример — повышение НДС с 18% до 20% в 2019 году. Казалось бы, +2% — и бюджет должен был получить прирост не более 11%. Но по факту поступления выросли почти на 19%. Парадокс? С первого взгляда — да. Кривая Лаффера вроде бы не сработала. Но если копнуть, всё закономерно. Рост поступлений в те годы сильно опережал рост экономики — и до, и после повышения. Это говорит о том, что ФНС активно наращивала качество администрирования: выводила бизнес из тени, боролась с схемами, повышала собираемость. То есть сам налог становился эффективнее — независимо от ставки. И вот здесь ключевой момент: как раз к 2021 году этот административный ресурс, судя по всему, начал иссякать. Эффект от «обеления» экономики достиг своего плато. И дальнейший рост поступлений уже не мог поддерживаться только за счёт улучшения собираемости — в игру вступила сама ставка. И её повышение, вопреки ожиданиям линейного роста, совпало с замедлением динамики сборов. Что это значит на практике для инвестора? То, что мы, вероятно, уже на том самом пологом участке кривой Лаффера, где каждое следующее повышение налоговой нагрузки будет приносить бюджету всё меньше дополнительных доходов — а в долгосрочной перспективе может и вовсе ударить по экономическому росту и прибылям компаний. В зоне риска — , , и другие флагманы, чьи результаты напрямую зависят от общего состояния экономики. При этом сырьевые гиганты вроде , и могут оказаться под прицелом как источник дополнительных бюджетных доходов, что грозит им новыми налоговыми манёврами. Для рынка облигаций это создает двойной эффект. С одной стороны, риски для бюджета могут повышать премию за риск по гособлигациям, например, выпускам с длительным сроком или . С другой стороны, корпоративные облигации таких эмитентов, как , , могут столкнуться с давлением из-за риска снижения кредитного качества на фоне растущей налоговой нагрузки. Как инвестор я снова возвращаюсь к мысли о предсказуемости: налоговые манёвры должны просчитываться не в логике «поднять любой ценой», а с учётом этих нелинейных эффектов. Иначе можно оказаться в ситуации, когда формально ставки растут, а реальные поступления если и растут, то всё медленнее — и ценой снижения деловой активности, что в итоге отразится на котировках всего рынка, от до , и на доходности всех долговых инструментов.

Вчера в разговоре меня спросили: «А что такое фонд ликвидности?» Вопрос кажется простым, но для многих, кто далёк от финансов, это тёмный лес. Признаюсь, я и сам когда-то искал внятный ответ. Если коротко — это один из самых консервативных инструментов на рынке, для временного размещения денег. Что-то вроде умной альтернативы банковскому вкладу, особенно когда ключевая ставка на высоте. Прямо сейчас на можно купить, например , , {$SBCS} Как это работает? Представьте, что вы даёте деньги в долг, но под сверхнадёжный залог — обычно это гособлигации. Сделку организует фонд, выступая вашим агентом. Этот процесс называется РЕПО. Если грубо — это как кредит под залог ценных бумаг. Даже если контрагент не вернёт деньги, фонд остаётся с ликвидными активами, так что ваши средства защищены. Зачем это нужно? Допустим, у вас есть сумма, которую вы пока не готовы вложить во что-то рискованное — акции или долгосрочные облигации. Держать на карте — значит терять на инфляции. Фонд ликвидности позволяет «припарковать» капитал с доходностью, близкой к ключевой ставке (минус небольшая комиссия управляющего), и в любой момент быстро забрать его — ликвидность почти как у наличных. В чём подвох? Комиссии. Если выкладывать деньги на пару дней, сборы могут «съесть» всю прибыль. Такие инструменты выгодны на срок от нескольких недель. И да, доходность не гарантирована — она следует за ставкой ЦБ. Но главный плюс — предсказуемость. Это не история про спекулятивный рост, а про сохранение средств с минимальным риском. Как инвестор я ценю такие инструменты. Они не сделают вас миллионером, но дают передышку, чтобы спокойно оценить следующие шаги без давления на капитал. В идеале хочется, чтобы таких простых и понятных решений на рынке становилось больше. Пока же фонды ликвидности — отличный пример того, как можно работать с деньгами эффективнее депозита, не уходя в тень и не играя в рулетку. Есть и другие фонды ликвидности: , , ,